будто я не кричала ему, что между нами всё кончено. Как будто он знал наперёд, что
всё, что я сейчас сказала — пыль.
Я уронила телефон на пол, сжалась, обняв себя за плечи. Слёзы потекли по щекам сами
собой, без предупреждения. Не истерично. Тихо. Беззвучно. Просто капали, как будто
изнутри выливалась боль.
Он даже не допустил мысли, что я могу уйти. В его мире это невозможно. Он уверен во
мне, как в своей тени. Уверен, что я останусь. Что я не найду в себе силы исчезнуть.
И страшнее всего было то, что, возможно, он прав. Я не знала, где найти ту себя,
которая способна встать и уйти навсегда.
Залимхан
Залимхан
Я захлопнул дверь её квартиры и быстро спустился вниз, чувствуя лёгкое раздражение от
всего этого спектакля, который она мне устроила. Вздохнув, я сел в машину, хлопнув
дверцей чуть громче, чем нужно было. Что с ней вообще такое? Откуда эта истерика?
Она же всегда казалась умной девочкой. Разве я когда-нибудь говорил, что собираюсь
жениться на ней? Разве обещал ей что-то такое, что могло заставить её поверить в
подобную чушь?
Машина тронулась с места, и я, сцепив зубы, вдавил педаль газа в пол. Её заплаканное
лицо мелькало перед глазами, вызывая странное и неприятное чувство. Не то жалость,
не то досаду. Я не любил, когда люди плакали. Тем более, когда плакали женщины. Но
разве я виноват, что она сама придумала себе какую-то сказку, в которой она вдруг
становится моей женой?
Женой… Смешно даже думать об этом. Она ведь не из нашего мира. Не из нашей среды. Как
она вообще могла подумать, что я приведу её в свой дом, представлю родным и сделаю
матерью своих детей? Это абсурд. У нас так не принято. У нас есть женщины, на
которых женятся, а есть женщины, с которыми отдыхают. И Тася явно относилась ко
второй категории. Почему она не понимала этого сама?
Я нахмурился, вспоминая её упрёки про невинность. Да, я был её первым мужчиной, но
что с того? Не я, так кто-то другой. Она сама решила отдать себя мне, сама сделала
этот выбор. Почему я должен испытывать вину за её собственные решения?
Я не обманывал её, не говорил красивых слов о браке и семье. Да, я был ласков и
внимателен, но это вовсе не значит, что я собирался вести её под венец. У нас совсем
другие порядки, другие правила. И она должна была это понимать. Должна была знать,
куда идёт и с кем связывается.
Я остановился на светофоре, нервно постукивая пальцами по рулю. Её слёзы не выходили
из головы, вызывая лишь раздражение. Зачем всё усложнять? Я же ясно сказал ей, что
моя жизнь и наши отношения не изменятся после моей свадьбы. Почему она так цеплялась