Запущенная вторым темпом «Мимикрия» сработала меж тем выше всяких похвал, и затихарившегося по центру крыши меня крылатые рухи больше в упор не видели от слова совсем.

Однако секунды действия спасительных функций неумолимо утекали, как вода сквозь пальцы, настырная же стая крылатых преследователей не собиралась походу отставать от слова совсем. Пытаться в таких условиях выходить по рации с пилотом на связь, требуя раскрытия очередного эвакуационного люка — затея априори обречена была на провал. Во-первых, она вела к неминуемой потере драгоценного времени на длительные уговоры Ффаффы открыть лаз для невидимки. Во-вторых, даже если б успел уговорить привереду-гэручи, начав движение к открытому люку, я тут же раскрывал перед врагом свою идеальную маскировку. А приковав к себе по новой внимание рухов-преследователей, еще ни разу не факт, что далее я успевал проскочить перед неминуемой уже атакой. В-третьих, засвеченная преждевременно «Мимикрия» тут же обнулялась и уходила в откат. И я не только оказывался снова перед врагами, как на ладони, но еще и получал до кучи откатную слабость, из-за которой не мог теперь отбиваться от наседающих крылатых рухов так же эффективно, как это было в самом начале.

От навалившейся безнадеги захотелось по-волчьи взвыть. И тут же пришло озарение. В голове само собой всплыло воспоминание: как в ловчей яме я благим матом ору на забившегося в угол и корчащегося от ужаса крэчи.

Ну а чё — чем не вариант? Действие «Мимикрии» криком точно ведь не сброшу, а проверить дополнительное ментальное воздействие на рухов даже любопытно будет… Потому, распахнув тут же заслонку визора, отчаянно напрягая голосовые связки, сквозь яростный встречный ветер я как смог громко заистерил на опостылевший крылатый эскорт:

— НУ-КА СВАЛИТЕ ВЫ ВСЕ, СУКИ, НАХРЕН ОТСЮДА!..

И ведь подействовало.

После первого же моего вопля дружно разлетелись в стороны и сгинули в нижней древесной листве все керх-летуны и юзз-полосатики. А как только затянул повторный речетатив, нервишки не выдержали и даже у здоровенных гэц-пожирателей, тоже резко вдруг передумавших играть в догонялки с антигравом и свалившим восвояси подобру-поздорову.

Избавившись таким замечательным образом за считанные секунды от всех преследователей, дальше я стал лихорадочно дырявить корпус перед собой ножом-тесаком. Потому как до окончания действия функции «Желтый граус» оставалось всего четверть минуты. Которых на переговоры с пилотом почти наверняка уже не хватило б. А вот на то, чтоб продолбить в корпусе достаточно глубокую дырку под нужным углом, для грамотного зацепа за нее тем же ножом, пятнадцати секунд должно было хватить точно. Благо, аккурат подо мной как раз змеилась подходящая для подобного экспресс-бурения трещина, а усиленные экзоскелетом МБПП руки и втыкали нож с мощью отбойного молотка, и повиснув далее на нем, удержать тело могли достаточно долго.