— Ну-ка стоп! Не собираюсь я не на кого официально заявлять, — перебил я. — Все. Точка.
— Но…
— Никаких «но», Артем. И, вообще, ты, помнится, обещал тоже поведать мне о чудесном спасении из огня и появлении здесь своего шефа. Я твое условие исполнил. О причине нашего ночного переполоха рассказал. Теперь твой черед.
— Да запросто, — хмыкнул бывший друг. — Правда толком подробности выспросить у Вруста, сам понимаешь, мне не хватило времени. И только по вершкам пробежать удалось. Но общая картина в итоге у меня сложилась следующая… Когда на территории жраток полыхнул пожар, спровоцированный орбитальной бомбардировкой с хофов, не растерявшийся Вруст добыл тут же из инвентаря трофейный пузырь с вонючкой, вскрыл его, первым, подавая пример, облился хлынувшей наружу слизистой дрянью сам и настоял далее, чтоб следом так же обильно обляпались вонючкой и все прочие оставшиеся с ним внизу смертники. Далее, по примеру горза, все дружно залегли на землю, обернув вокруг головы и лица пропитанное вонючкой тряпье, и попытались как можно глубже зарыться в неё. Расчет был на то, что обладающая жароподавляющим эффектов вонючая слизь, пока не испарится, будет защищать кожу от бушующего вокруг пожара. Проблему же удушья угарном газом частично должны были решить имеющиеся у жал носовые фильтры, плюс наличие у каждого срытмпского ветерана пассивной функцииВсеядный . Еще смягчить угарный жар обязана была обмотка из пропитанного вонючкой тряпья. Ну и далее уповать уже приходилось на живучесть каждого конкретно организма… Залегших и зарывшихся, как смогли, в землю бедняг почти сразу же придавило кучей попадавших на них сверху коконов — тоже достаточно огнеупорных из-за наличия внутри сходной с вонючкой слизи, выделяющейся из куколок по мере их созревания. Вруст уверен, что этот дополнительный навал из коконов им на спины и сохранил в итоге его и прочих жал-смертников от испепеления в бушующем вокруг огненном шторме.
— Нормально ты так по верхушкам пробежался, — хмыкнул я, не удержавшись, воспользовавшись паузой переводящего дух рассказчика.
— Ну если дальше тебе не интересно…
— Всё-всё, молчу, — поспешил заверить я Артема.
— Ладно, погнали дальше… Увы, подавляющее больштнство оставшихся внизу наших товарищей все-таки задохнулись от угарного газа. Выжить и не угореть смог сам живчик Вруст. Что, учитывая его переваливший давно за второй десяток системный показатель сферы развитияРегенерация , согласись, было не очень-то и удивительно. И еще наш здоровяк Мих. Хотя провалившийся в глубокий коматоз Гуруда очень сильно обгорел и едва дышал, но активную фазу огненного шторма сдюжил и продолжал отчаянно цепляться за жизнь на уже затухающем пепелище. Наш боевой товарищ Сыч Грубан, увы, испепеляющего жара не перенес и задохнулся в огне вместе с бедолагой Бампером — у тули, с его нетерпимостью дыма, сам понимаешь, изначально шансы на выживание были нулевые. И оба лехлеца Рагут и Цвук так же не выдержали это убийственное испытание и угорели в раскаленном аду огненного шторма… Впрочем, Вруст с Михом, похороненные под горой из обугленных коконов, не имея сил выбраться оттуда самостоятельно, тоже в скором времени неминуемо распрощались бы с жизнью. Если б с хофа за ценным старшим агентом, в инвентаре которого хранились носители с архиважной для всего имперского флота информацией, не был своевременно отправлен челнок с десантной группой в пару дежей наиболее опытных ветеранов. Благо мой доклад об оставшемся внизу старшем агенте Врусте, с точными координатами его местоположения, своевременно дошел до нужных ушей в высшем руководстве. Разумеется, никто не надеялся, что горз исхитрится выжить в эпицентре бушевавшей более получаса огненной бури. Отправленной вниз группе было поручено отыскать на затухающем пепелище хотя бы обгоревшие останки Вруста. Чтоб гарантированно быть уверенными, что законсервированные в них носители со сверхсекретной информацией точно не достанутся врагу…