— Он на меня смотрит как на букашку.
— Букашек не приглашают учиться драконьим приёмам, — резонно заметила Линнет. — Букашек вообще не замечают. А он тебя замечает. И ты его замечаешь. И вы оба лучшие на курсе. И спорите так, что стены дрожат. Это очевидно.
— Что очевидно? — спросила Анна с плохим предчувствием.
— Что вы либо поубиваете друг друга, либо…
— Либо что?
Линнет только загадочно улыбнулась и откусила пирожок.
Анна вздохнула и уткнулась в конспекты. Ей нужно было готовиться к следующему занятию, а не обсуждать глупые сплетни. Но где-то глубоко внутри, в том уголке души, который она старалась не тревожить, билась мысль: а ведь дракон действительно пригласил её учиться. Дракон, который считает себя центром вселенной. Дракон, который разбил три колбы, когда она прошла мимо.
Может быть, Линнет права. Может быть, они действительно либо убьют друг друга, либо…
Нет. Об этом она подумает позже. Сначала — экзамены. Сначала — диплом. Сначала — своё дело.
А дракон… дракон подождёт.
Глава 10.
Весна в Мейнхолле выдалась ранней и тёплой. Снег сошёл ещё в начале марта, и теперь сад возле дома Анны, который она когда-то называла «крошечным», буйно зеленел, выпуская клейкие листочки и первые робкие бутоны. Элара, забегавшая в гости раз в неделю, довольно щурилась, проводя рукой над клумбами, и говорила, что земля здесь добрая, благодарная, и если Анна когда-нибудь захочет расширить сад, она с радостью поможет. Анна отшучивалась, что сначала нужно расширить дом, а то Ник уже не помещается в своей колыбельке.
Ник и правда рос как на дрожжах. Ему исполнился год и восемь месяцев, он давно и уверенно бегал, чем доставлял Маргарет немало хлопот. Костик, верный костяной страж, повсюду следовал за малышом, но его скорости явно не хватало — Ник умудрялся за секунду забраться на стул, схватить со стола всё, что плохо лежало, и унестись в другой конец комнаты прежде, чем скелет успевал повернуть голову. Однажды он стащил у Анны шпатель и попытался «отремонтировать» стену в гостиной, размазывая по ней кашу. Маргарет тогда смеялась до слёз, а Анна, глядя на сына, перепачканного гречкой, думала, что, кажется, её профессия передаётся по наследству.
Учёба в Академии подходила к концу. До выпускных экзаменов оставалось чуть больше двух месяцев, и курс «Магические покрытия и ремонтные составы» вышел на финишную прямую. Студенты сдавали последние лабораторные работы, готовили дипломные проекты и всё чаще задерживались в мастерских до позднего вечера. Анна была в числе лучших — её проект по созданию самовосстанавливающегося магического покрытия на основе лунной пыли и эльфийского перламутра вызвал одобрительный гул даже у обычно невозмутимого профессора Годвина.