32 глава
Я всё пыталась успокоиться. Как-то взять себя в руки, но тщетно! Из конференц-зала сразу побежала в туалет. Меня стошнило от нервного перенапряжения.
Я умылась. Конечно же, пришлось стереть с лица всю косметику. Зачем только красилась, — дура!
Мне казалось, я успокоилась. Даже вернулась на своё рабочее место, но не прошло и двух минут, как я снова разревелась. Я видела, Вика хотела подойти ко мне, но не решилась, а мне очень хотелось, чтобы кто-нибудь меня успокоил. Но, наверное, они решили, что я могу как-то отреагировать неправильно.
Меня считают недотрогой. Железной леди!
Около двух недель назад уволился Матвей из бухгалтерии. Он был единственным мужчиной у них. Я не знаю причину его увольнения. Говорили, мол, “сожрали” акулы бухсофт 1С, но, разумеется, это не так!
Только причину мы всё равно не знаем. Парень заявление передал через коллегу, и даже не попрощался ни с кем. Так вот: он предлагал мне встречаться, и то, что я в положении, его не смущало. Мне казалось, я вполне мягко отказала ему… вот тогда-то он мне и сказал: “Похоже, не зря тебя называют железная леди”!
И если тогда я мало что поняла, и только плечами пожала, мол, и что? То сейчас понимаю, я каким-то образом вообще людей от себя отталкиваю.
Я встала с места и опять пошла в туалет. Умывалась, и снова пытаясь взять себя в руки.
— Ты всегда такой истеричкой была? Или это беременность на тебя так влияет? — резко развернувшись вполоборота, бросаю на Аскарова злой взгляд. Мне даже показалось, что слёзы высохли, и плакать перехотелось, но какого-то чёрта, я снова всхлипываю.
— Дарина, я прошу тебя, перестань лить слёзы. — Аскарова явно дико раздражала возникшая ситуация. — Я чувствую себя полным ничтожеством. Обидел беременную женщину. — изначально мне хотелось съязвить, что-то вроде, — “вот видите, ВЫ сами это заметили”, или и вовсе сказать, “так оно и есть”, сказать о том, что он ничтожество!
Я до сих пор не понимаю, зачем было это всё? Зачем он женился, зачем устроил столь пышное торжество? Для чего вообще было приглашено так много гостей? Зачем водил меня в ресторан? Зачем театры, кино и целых два советских приёма, на один из которых, он точно мог пойти самостоятельно. Там очень многие были поодиночке. Зачем нужен был театр, для чего я не понимаю?!
Обо всём этом думая, по моим щекам продолжали литься слёзы.
— Я не понимаю, на что ты обиделась? Ушла в слезах. Я ничего плохого не сказал тебе.
— Ты сказал, что у меня нет образования, что я не могу работать в твоей фирме. Ты меня унизил при всех.
— Ты издеваешься?