Чем ближе дело подходило к свадьбе, тем больше портилось у меня настроение.
— Что опять не так? — Лиза заметила мой нахмуренный вид и потянулась через стол, раскладывая перед моими глазами свои совершенные сисечки, чмокнула в нос.
Терпеть не могу всех этих нежностей, но это же Лиза!
— Ты точно хочешь выездную регистрацию.
— Да. А в чем проблема?
Я вздохнул и откинулся на спинку стула, не в состоянии отвести от ее сисек взгляд и мечтая поршнем ходить между ними. У меня какое-то слишком живое воображение. Если бы не оно, хрен бы я сейчас готовился к свадьбе. Но это же с Лизой!
Передвинул в ее сторону сценарий выездной свадьбы, где отец или опекун должны проводить ее до арки и передать в руки жениха.
— Это будет смешно. Я подведу тебя к арке и вручу самому себе?
Лиза хихикнула, в ее глазах зажглись хулиганские огоньки.
— Это очень символично. Тебе не кажется? — лукаво ответила она, перелезая на стол и садясь передо мной, призывно раздвигая ноги.
— Лиза, — машинально начал я, — разве я не говорил, что за столом себя так не ведут?
Она деланно скорчила гримаску и отбрила:
— Так я не за столом. Я на столе. Все никак не выйдешь из роли воспитателя?
Я бы ей ответил, но по тесноте в штанах, понял, что напрашивается другой ответ.
Что она со мной делает, черт возьми? Как запретить себе ее желать?!
Я не могу. Я проиграл. Я много раз нырял в свои грязные мысли, поддаваясь на ее провокации, но ни разу не потерял головы настолько, чтобы воспользоваться ситуацией.
Только ситуация перевернулась.
Лиза несколько раз дала мне по носу и один раз в челюсть, когда я встретил ее с цветами, но предложил пока не думать о свадьбе, а пожить вместе. Как пара. Попробовать, так сказать.
В этот момент она и залепила мне в челюсть. Я даже увернуться не успел.
Лиза изменилась.
Когда я спросил, сколько жизней прошло через ее руки, она тут же погасла и велела заткнуться. Она права. Это то, чем не козыряют. Уже одно то, что она легендарный снайпер, работающий по заказу, говорит о том, что моя девочка не промахивается.
Ну и рука у нее поставлена.
Я интуитивно погладил челюсть, которая еще ныла от ее поставленной руки. Главное пах беречь. Яйца — не зубы, новые не вставишь.
— Так что будем делать с регистрацией? — вернул я наш разговор к прежней теме, чтобы четвертый раз за утро не разложить ее на столе и снова трахнуть.
Говорить с ней все еще тяжело, очень хочется заткнуть ее ротик своим членом. Особенно, когда она так призывно напрашивается.
— Пойдешь одна или подойдем вместе и начнем? — голос охрип, выдавая меня и мои желания с головой.