Заливаясь краской, подобрала сапог. Засуетившись, я даже не застегнула виновника этой сцены. Хотелось скорее спрятаться. Испариться.

Дальше последовали еще какие-то реплики, но я их уже не слышала, пристыженная и вся красная я бежала куда глаза глядят, а за мной еле поспевала смеющаяся Ханна. Оставшийся на стельке снег, тая, обжигал своим холодом пятку и пальцы.

— Адель, — настигшая подруга остановила меня, ухватившись за плечо, — почему ты его так быстро отпустила, не выяснив откуда он или хотя бы его имя?

Я медленно развернулась и прикрыла лицо руками, стараясь хоть как-то скрыть пылающие щеки.

— Этот дикарь не располагал к диалогу. Возможно, в его расписании в ближайшие пару часов намечалось жертвоприношение на алтаре или казнь неверного, — левое плечо раздраженно дернулось.

Ханна медленно опустила руку.

— Давай закроем эту тему, — негодуя, тряхнула копной рыжих волос. — Я сделала, как ты настаивала. И на этом остановимся. Разыскивать этого хама я не стану. Видишь, никакой он мне не суженный. Мы такие же разные, как лава и лед.

— Да ты что? Прям уж такой и дикарь? — шкодное выражение лица подруги не собиралось примерять на себя серьёзную маску. Хотя бы ради нашей дружбы, она не спешила от меня отлипнуть. Пристала, как клещ, и не выдернешь. Лишь насытившись моим поражением — отпадет. Когда я в очередной раз ей уступлю.

— Самый настоящий! Ты видела его ноги? Как можно доверять магу, который стоит словно зверь по колену в снегу и не зябнет?

В синих глазах Ханны задорные смешинки танцевали кадриль.

— Горячий суровый парень с закалённым телом и, наверняка, духом. А что ты ждала, что он сразу тебя замуж позовёт после того, как ты в него обувью зашвырнула? Может, где-то и есть подобный ритуал перед сватовством, но уж точно не в его мире.

Веселые смешки Ханны мне уже порядком надоели, ровно, как и ее остроумность.

— Пошли в комнату. Не хочу проспать экзамен, — посмотрев на стрелки небольших прямоугольных часиков в золотой оправе, направила разговор в другое русло.

— Ладно, только я еще чай попью. Тебе сделать? — приобняв меня сзади, спросила подруга.

Я заторможенно замотала головой.

— Не стоит. Хочу принять горячую ванну и немного почитать, — вяло отмахнулась я.

— Как знаешь, — отстала от меня Ханна, прибавив шаг.

Опуская взгляд вниз, как только он зацепился за чёртовы сапоги, я вспоминала надменное выражение лица чужемирца. И по телу пробегала мелкая дрожь. Подруге я врала, но себя я обманывать не стала. Этот мужчина, действительно, мне понравился. Очаровал настолько, что я, как заведённая, припоминала каждую, даже самую маленькую деталь разговора, надеялась вспомнить что-то важное. Что-то, что подсказало мне, чем он занимался в Аселинии. Вел ли тихую, оседлую жизнь или слава о его достижениях опережала этого темпераментного представителя сильного пола. Женат ли он или свободен? Перед глазами стояли изумрудные омуты глаз и лукавая улыбка, морщившая его чувственные губы.