Снимая кольцо, поднесла его к стене.
Пропечатавшиеся на ней буквы, я разобрала только с третьего раза. Заполненные слезами глазами мешали мне увидеть долгожданную весточку от подруги. Мой маленький маячок на безымянном пальце, внезапно появившись, вывел меня из гремучего, непроглядного страдания и самокопания:
«Адель, прости меня за все. Я была идиоткой. Очень хочу тебя увидеть и обнять. Если позволишь? Я могу к тебе прийти?»
Я и не думала, что в этот мрачный для меня день может произойти хоть что-то хорошее, и я снова улыбнусь.
«Конечно, Ханна. Я всегда тебя жду».
Настрадавшиеся от наших регулярных межпространственных перемещений, петунии мама недавно убрала с балкона. Биться больше было нечему, поэтому я не просто удивилась, но и даже вздрогнула, когда ко мне в комнату вошла Ханна. Зла я больше на нее не держала. Она, даже находясь в другом мире, почувствовала мою боль и пришла ее со мной разделить, познать мою беду и просто выслушать. Ханна все еще оставалось моей подругой и никакие ссоры это никогда не изменят.
В левой руке она держала графин с темно-бордовой жидкостью, явно не имеющей ничего общего с вишневым компотом, а в правой — большую тарелку с наложенными высокой горкой морепродуктами.
Поболтать и разделить на двоих вкусный ужин — вот что она хотела.
Когда она всмотрелась в мое опухшее, красное лицо, едва не опрокинула все на пол.
— Адель, теперь я чувствую себя последней свиньёй. Ты же не из-за меня так рыдала? Я обязана была быть рядом с тобой и не дать довести себя до такого состояния. Что случилось, из-за чего ты плакала? — подруга определила кушанья на стол и, присаживаясь на мою кровать, приобняла за плечи. — Адель, я была неправа. Я просто позавидовала тебе. вашей сказочной истории любви. На меня никто никогда не смотрел с таким явным обожанием. А ваши глаза лучились от радости. Забудь все, что я сказала. Глядя на вас, поминаешь, что есть союзы, выбранные небесами, — Ханна поджала губы. — А у нас с Германом пока не клеится, похоже он не способен заботиться о ком-то ещё кроме своей собаки. Чтобы я не начала ему рассказывать, он мне опять про своего Чарли. И так по кругу.
И тут мою истерику заслонил нервный смех.
А потом я мрачно пробормотала:
— Нет никакой сказки. Закончилась. Змей уполз в неизвестном направлении. А наивная врачевательница все еще надеется его дождаться.
Глава 19 Дождусь ли я тебя?
— Адель, ну что за глупости? Хочешь сказать, что Шон мог тебя бросить?
— Да, — громко всхлипывая, прикрыла лицо руками.
Как же мучительно это прозвучало со стороны. Я отдалась ему телом и душой, а он просто исчез.