Отблески фиолетового света падали на пшеничные пряди и смуглые щёки. Расплывшись в сладкой улыбке, мужчина ласково произнес:
— Ты ещё красивее, надеюсь, ты будешь часто вспоминать об этой ночи.
Ищущие тепла пальцы потянулись к моей щеки, трепетное касание вызвало в моем теле приятную дрожь.
Приоткрыв от удивления рот, поддалась вперед и тут оказалась поймана его такими вкусными, горячими губами.
«Неужели это сон — подумала я. — Если это так, то я не хочу больше просыпаться».
Глава 16 Эту ночь я точно не забуду
Учитель отстранился. В чарующих глазах Шона тени смешались со светом.
— О да. Эту ночь я точно не забуду, — сладко улыбаясь, прикоснулась пальцами к колючей щетине.
Мои руки притянули его лицо ближе, и мягкие губы Шона целовали уже требовательнее, ненасытнее. Словно во всем мире мы были только одни.
Приятное, сладкое послевкусие отравила горечь воспоминания, совершенно невовремя нахлынувшего на меня. Отстранившись, запрокинула голову, к груди и лицу приливал жар, деревья вокруг закружились.
— А ведь ещё недавно с той же страстью ты целовал другую у меня на глазах, — чужим голосом нарушила наше недолгое счастье. — Если вы с ней заодно, и ты просто развлекаешься со мной, то я не хочу в этом участвовать, найди себе другую игрушку.
В ушах барабанной дробью раздавались слова Даниэль: «Он не моя собственность… Все три дня Шон в твоем распоряжении». Вот же дура, как же я быстро повелась на его обаяние.
— Адель, — на расстроенном лице отразилась боль, бережно переплетая свои пальцы с моим, он виновато произнес: — Ты не игрушка! Ты мне очень сильно нравишься. Что уж греха таить, тот сапог пробудил во мне не только ярость. Твоя красота, необыкновенный голос заставили меня вновь чувствовать себя живым. Я привык быть полезным для других, молча выполнять приказы, лишь бы хорошо платили. — Шон прикрыл глаза и замотал головой. — Даниэль просто обычная женщина, с которой мне было хорошо несколько ночей. Она не держит меня, и я не цепляюсь за наши встречи. У нас с ней нет будущего. Я бы никогда не выбрал такую, как она, на роль спутницы жизни. Но с тобой все иначе. Когда я смотрю на тебя, понимаю, что хочу большего: видеть чаще, ласкать, шептать о том, как ты прекрасна и нужна мне, — вкрадчивый голос понизился.
Утопая в моих волосах, он громко и с наслаждением втянул носом воздух, уверяющие в долговечности нашей близости губы нашли мое ухо и игриво его поцеловали.
— И еще я бесконечно тебе благодарен, ты спасла моего брата. Пусть он и не показывал своего отчаяния. Но я заметил, как слепота его ломала.