— Что за предложение? — пробуя насыщенный экзотический сок из кувшина, с любопытством спросила.

— Посетить одно место, сразу скажу, что оно не здесь, а в другом мире. Если твоя голова все еще болит или кружится, не стоит пока что использовать портал, — без конца улыбаясь, с трепетом произнес.

— Я же говорила, я хорошо себя чувствую и признаюсь, что исцеление Дерека только зарядило меня энергией. Обычно помогая тяжело больным, я испытывала ощутимую слабость. А тут совсем иначе, — поднимаясь на ноги, заверила его. — Мне стоит переодеться или можно идти прямо в этом?

— Не беспокойся. Ты шикарно выглядишь и там, куда мы отправимся, мы будем, можно сказать, наедине.

Спутанность мыслей отвлекла меня от реальности. Думая об этом «наедине», я впала в мечтательность. Предательская улыбка выдавала меня, но я никак не могла согнать ее со своего лица.

Моя небольшая грудь приподнялась и выдвинулась вперед. Растирая ладони, поежилась. Всего лишь фантазия, а моё тело отвечает на нее мурашками.

— Тогда идём прямо сейчас, только я приберу за нами и буду свободна.

— Адель, прекрати, у нас есть Элизия. Она все уберёт сама, — махнул рукой Шон.

— Как скажешь, — лицо и шея загорелись румянцем.

Сгорая от нетерпения, я едва сдерживалась, чтобы не спросить о том, что ожидает нас за порталом.

Открывая проход в другой мир, Шон подал мне руку. Цепляясь на нее, ступила внутрь, и мы оба исчезли отовсюду на несколько мгновений.

Алое кольцо с рваными краями ослепительно вспыхнув, прямо за нами сузилось и растворилось, оставляя на своём месте блуждающее размытое пятно.

Здесь поздний вечер плавно перетекал в кромешную ночь.

Утопающие в сумерках широколиственные деревья возвышались над обрывистыми лесистыми холмами.

— Скорее, пока не началось, — Шон взял меня за руку и побежал в сторону самого высокого из холмов.

Пришлось наращивать темп.

— Что не началось? — мотыляя свободной рукой, справляясь с участившимися дыханием, спросила.

— Сейчас поймешь, оттуда лучше всего их видно.

А может мы отсюда посмотрим? — карабкаясь вверх по пологому склону, пробурчала.

Моя вредность оказалась тут же подавлена внезапным изумлением, потому что, сидя на могучей шее нага, ворчать сразу переходилось. А оттуда местные красоты казались ещё живописнее, даже охваченные полумраком. Я была для него пушинкой, шаг за шагом он поднимался все выше, пока не достиг верхушки холма.

Упираясь рукой в необычное дерево с малиновым стволом и фиалковыми листьями, он ровным, ни капельки не сбившимся голосом сказал:

— Пришли. Смотри прямо перед собой.