Тот самый дерзкий вояка с простреленным бедром кивнул.

— Справедливо.

— Вот и отлично. — Я повернулся к своим. — Начнем.

Тетыща уже направился к Тори, все еще лежавшей на диване. Присел рядом, что-то тихо сказал. Она кивнула, попыталась встать — лицо скривилось от боли в простреленной коленке. Тетыща подхватил ее под руку, помог подняться.

— Таблетки исцеления есть? — спросил я.

Бергман покачал головой.

Открыв магазин чистильщика, я увидел таблетку полного исцеления, помимо еще кое-чего интересного, но времени пока разбираться с этим не было. Купив таблетку, я вложил ее в рот Тори.

Той сразу стало намного легче, и Тетыща помог сестре подняться. Тори прихрамывала, опираясь на его плечо. Проходя мимо, она бросила на меня благодарный взгляд, но я промолчал.

Вика подошла к окну, посмотрела на улицу. Сергеич где-то раскопал пачку сигарет и со вкусом, смачно закурил, причем дымил в сторону, подальше от пленников. Дак проверял оружие, а Рамиз занял позицию у выхода — держал бойцов под прицелом.

Вечный подошел ко мне.

— С чего начнем?

Я огляделся. Пленников было человек двадцать — кто лежал, кто сидел, кто пытался встать. Джехомар отдельно, в углу, с разбитым лицом и потухшим взглядом. Остальные — обычные вояки, перепуганные, измученные, сломленные системным штрафом.

— Начнем с простых, — решил я. — Джехомара оставим на потом. Берите по одному, уводите в соседние комнаты. Задавайте стандартные вопросы: кто ты, чем занимался в клане, участвовал ли в убийствах, пытках, изнасилованиях. Что знаешь о базе, о людях, о планах. Я буду слушать, переходить от одного к другому.

Вечный кивнул. Подошел к ближайшему вояке — парню лет двадцати пяти, с перевязанной рукой. Приказал встать, повел в соседнюю комнату. Рамиз взял следующего. Тетыща вернулся, забрал третьего.

Я остался в холле, наблюдал за остальными. Они ждали своей очереди. Кто-то нервничал, кто-то смирился.

Сергеич стоял рядом, покуривал, время от времени бросал на пленников тяжелый взгляд.

— Думаешь, среди них есть нормальные, Ден? — спросил он тихо.

— Посмотрим, — ответил я. — Если нет, пристрелим. Если есть, дадим шанс.

Сергеич хмыкнул:

— Ладно. Посмотрим.

Из соседней комнаты донесся спокойный, методичный голос Вечного. Допрашиваемый им парень отвечал запинаясь, но честно. Рамиз в другой комнате допрашивал жестче, голос звучал строго. Тетыща молчал, слушал — его допросы всегда были самыми короткими и эффективными.

Я подошел к двери, прислушался. Вечный спрашивал про подвал, про пленников, про то, знал ли боец, что там творится. Парень клялся, что не знал, что спускался туда пару раз, но ничего не видел, только слышал крики. Врал или нет — пока непонятно.