Я встаю, смотрю на часы.

— Скажи свой телефон. Я завтра позвоню.

— Издалека приехала? Можешь остаться. Места хватает, отдельную казарму выделю. Правда, натоплено только в моей комнате.

— У меня есть кому согреть.

— А чего же одна пожаловала?

— Как на счет телефона?

— Да, пожалуйста! — Брагин диктует номер.

Проходя мимо оружейной комнаты, я останавливаюсь.

— Мне бы хорошую винтовку с оптикой, разборную. Я заплачу.

— Эх, чего захотела. Компактные у меня на строгом учете.

— Тебе же деньги нужны. Хороший протез немало стоит.

— Может, ты меня и квартирой обеспечишь? Бери СВД, из которой стреляла. За ночную оптику отдельная плата.

Я не торгуясь плачу и возвращаюсь к «чероки» с зачехленной винтовкой и коробкой снайперских патронов. Положив оружие в багажник, я сажусь за руль и завожу двигатель. На свет фар выходит обеспокоенная девушка с большим животом.

— Какое счастье, вы в город? — лепечет она, поддерживая живот. — У меня схватки начинаются, подвезите. Отсюда ночью никак не выбраться.

— Да разве можно быть такой безрассудной!

— У меня через три дня срок, а тут… — девушка чуть не плачет.

— Садись, — скрепя сердце, решаю я вопреки своим правилам.

Для вечного беглеца незнакомый попутчик всегда таит опасность. Как минимум, это лишний свидетель. Но я ведь тоже рожала и не могу я отказать девушке в такой ситуации.

Виктор Брагин выглянул в окно. «А вдруг, она передумала и вернется!»

От подоконника, прижимаясь к старой раме, тянулась белая «плотина» из снежинок.

«Нет, уезжает».

Зажглись фары и джип крутой гостьи резво рванул с места.

«Рисковая! Зачем так гнать? На дороге яма на яме», — успел подумать Брагин прежде чем увидел яркую вспышку на месте автомобиля.

Взрывная волна смахнула вершины сугробов, привела в дрожь оконное стекло и разрушила часть снежной «плотины».

35

Майор Матвеев тискал ягодицы жены в ожидании эрекции. Даже супруга не знала его оперативного псевдонима Гном. В мозгах Матвеева червяком извивались слова «мягкая сила». Именно так характеризовало начальство современную концепцию работы спецслужб. Теперь не нужны суперагенты «а ля» Джеймс Бонд, наибольший эффект дает обволакивающая и малозаметная «мягкая сила». Червяк разъедал мозг, двигаясь по кругу, пока не закольцевался. «Мягкая сила, мягкая сила», — вертелось в голове у Гнома. И слова эти относились отнюдь не к глобальным проблемам супердержав. Он перенес одну из рук на грудь жены, стал тискать сразу оба самых лакомых кусочка покорной женщины, двенадцать лет назад согласованных Конторой в качестве супруги. Но «мягкая сила» отказывалась твердеть.