Неля отключает трубку и в напряжении смотрит на меня. Страх на время притупляет ей боль. Мне жалко девушку, но я не собираюсь менять облик. Я подношу электрошокер Нели к ее беспомощному личику.

— Он полностью заряжен? Проверим?.. Короче, детка, лечи свои пальчики и помни о сынишке. Пока я работаю с Шумиловой, за тобой будут следить. Чуть что не так… Это будет твоя вина.

43

— Ты долго охраняла жену президента? — пристает с вопросами Юля Шумилова, пока я веду «бентли».

— Вплоть до ее развода. Потом нашу группу сократили.

— О, да! Женщина не вино, и с годами теряет свою ценность, — наигранно смеется Шумилова и вытягивает шею, чтобы не собирались морщины.

— Мужчина всегда может открыть новую бутылку.

— На счет новой бутылки, — наклоняется ко мне Шумилова. — Это правда, что у президента с бывшей спортсменкой…

— Я давала подписку о неразглашении, — жестко пресекаю я скользкую тему.

Шумилова понимающе кивает и изучает меня.

— Ты прошла специальную подготовку? Умеешь драться и стрелять. А приходилось…

— Приходилось. Со мною можете быть спокойной. В отличие от Нели, я имею право на ношение огнестрельного оружия.

— Это правильно. Я всегда говорю мужу, закон о свободной продаже оружия принимать нельзя, но иметь пистолет надо. Пусть он будет у избранных.

Мы подъезжаем к банку «Базис-Кредит». Заметив знакомый «бентли», охранники у входа открывают доступ на специальную парковку. Я уже знаю, что этот мало примечательный банк контролируется Эдуардом Девяткиным, которого взял в оборот Рысев. Юля Шумилова подсказывает, чтобы я взяла из багажника пустую сумку «луи витон».

На входе в банк арка металлодетектора фиксирует мой «глок» и травматический пистолет Нели Ковтун. Приходится сдать оба ствола, что только поднимает мой престиж в глазах Шумиловой. Для меня главное, что микрокамера на язычке молнии моей крутки исправно функционирует после легкого нажатия пальцами.

В сопровождении служащего мы спускаемся в сейфовое хранилище. Обычно каждая ячейка закрывается на два ключа: один хранится у клиента, второй в банке. Но в этом учреждении действуют другие правила. Шумилова не предъявляет ни ключ, ни паспорт. Она достает смартфон и зачитывает двенадцать цифр из эсэмэски. Служащий вводит их в компьютер и спрашивает пароль. Юля прокручивает список к одной из старых эсэмэсок и шепчет: «Дырявый носок».

— Сто тридцать вторая ячейка, — сообщает клерк и вручает Шумиловой сразу два ключа.

В хранилище с сейфовыми ячейками заходим только я и Шумилова. Юля открывает ячейку 132 и кивает мне. Я вынимаю тяжелый ящик и ставлю его на стол. Микрокамера в язычке молнии фиксирует всё происходящее. Шумилова откидывает крышку. Ее щечки портятся от самодовольной улыбки.