Я улыбнулся и встал из-за стола. Я сделал всё что мог, чтобы расположить к себе этих людей. И пусть мне кто-то только скажет, что я много где ошибся! Я и сам это знаю. Я не переговорщик. Я просто Вано. Но всё-таки я надеюсь, что эти люди не пойдут дальше и останутся с нами.
Очень хочется на телеге покататься! И этих симпатичных багов за усы потрогать!
Глава 5 Однозначно тревожная
Дневник Листова И. А.
Триста четырнадцатый день. Интересные рассказы про северные края
— Я так и думал, что вас немного. Но мне не поверили! — сказал отец Фёдор, слезая с бага рядом со входом в наш лагерь.
За ним подтягивалось несколько телег. И у меня даже внутри ёкнуло от мысли, что это все, кто решил принять наше предложение… И этих «всех» очень немного. Но виду я не показал. Просто пожал плечами, ответив священнику:
— Добрый день, отец Фёдор. Много-мало… Пока это играет относительную роль! С учётом того, что кто-то кидает деревянные дротики, а кто-то уже вовсю стреляет из нарезных стволов… В общем, количество людей не всегда является показателем силы! — сам не знаю, чего это меня на философию потянуло.
Наверно, осень окончательно задолбала.
— И то верно… — вздохнул отец Фёдор. — Мы к вам присоседимся до утра. Вы же не против?
— Не против. Только вы? Или ещё кто-то будет? — задал я, наконец, волновавший меня вопрос, стараясь сохранять всё такую же философски-отречённую физиономию.
— Мы все подтянемся! На том берегу снова японцев этих видели… — отец Федор досадливо махнул рукой. — Мы решили, лучше с вами тут пересидеть, не попадаясь им на глаза. Сейчас Джош остальных приведёт. Ничего?
— Да приходите, конечно… — снова пожал я плечами. — Настой травяной будете? Чая у нас нет, обходимся местными травками.
— Буду… — кивнул отец Фёдор.
По пути к костру, где можно было разжиться настоем — а разжиться настоем можно было не у всех костров — я решил уточнить момент, который больше всего меня зацепил в поведении нашего гостя.
— Отец Фёдор, а чем мы вам так не приглянулись? — и, во избежание споров, сразу пояснил: — Вы же нас недолюбливаете с самого начала! Это видно.
— Так а за что мне вас любить-то, Вано? Что японцев, что вас, что любых других, кто нам постоянно пройти мешал… Неужели нельзя просто пропустить идущих мимо и не трогать их? Еды вокруг навалом, даже если мы чуть поохотимся — не убудет!
Во время ответа мои брови ползли на лоб со скоростью где-то миллиметр за слово. И были они очень высоко, когда ответ, наконец, закончился. Я даже не сразу нашёлся, что сказать. Ну потому что реплики в стиле: «Иди ты на…» или «Шёл бы ты в…» к дальнейшему конструктиву не располагают.