Я помедлил. Что мне делать? Даже Квенлан не смог нанести повреждений этому монстру. Что я могу ему сделать?

В броне громилы, казалось, не было слабых мест. Там, где у других доспехов были открытые участки или сочленения разных участков лат, у него был сплошной металл. Причём он вёл себя как ткань, растягиваясь и сминаясь на сгибах. Твою тень, даже на заднем сгибе колена была броня!

— Знал бы ты, как приятно наконец тебя заткнуть, — вблизи голос громилы был ещё более пугающим.

— Откуда тебе это знать, ты же ещё не заткнул, — былой весёлости в голосе Квенлана не осталось. Лишь надрыв, как будто он пытается удержать огромный вес.

С диким воплем громила ударил двумя кулаками о грудь Квенлана. Основная часть его нагрудника отвалилась. Из образовавшейся дыры бил синий цвет. Такой же, какой бил из сочленений его доспеха.

Точно. У громилы было одно слабое место — его глаза. Они тоже светились. Даже если там и есть броня, наверняка она тонкая. Лишь бы он меня не заметил.

Я развеял меч и взял рукоять в зубы. С разбега запрыгнул на спину склонившегося громилы. Левая рука хоть и сквозь боль, но всё же слушалась. Слабоватый удар оказался у того варвара. Максимум трещина, но никак не перелом.

В обычном своём состоянии я бы забрался на это рыцаря за несколько секунд. Для воровства было жизненно необходимо уметь карабкаться и взбираться по отвесным поверхностям. Здесь было достаточно выступов брони, чтобы делать это без проблем. Но, во-первых, я был измотан после непрекращающихся схваток за жизнь. Наверное, ещё никогда в жизни я так не уставал. А во-вторых, этот громила продолжал бить Квенлана, из-за чего его броня ходила ходуном.

Подъём на эту вершину показался мне вечностью. Я буквально заставлял работать свои мышцы и смыкаться пальцы. Поднимался через постоянную боль. Всё потому, что я был единственным, кто мог спасти бравого рыцаря. Без меня он точно умрёт. Я не мог это допустить.

Наконец, взобрался на плечо. Посмотрел вниз. Весь доспех Квенлана был покрыт сетью трещин, из которых сочился синий свет. Рукой он из последних сил удерживал кулак громилы.

— Зря сопротивляешься, — от этого гудящего голоса сквозь меня прошли вибрирующие волны. — Тебя всё равно никто не спасёт.

Держась одной рукой за его шлем, я зажёг синий меч.

— А вот тут ты ошибаешься! — прорычал я и всадил меч в самую глубину шлема, туда, где сияли огненные глаза.

Моя рука почти не встретила сопротивления. Сияющий клинок пробил броню и вышел с другой стороны широкого шлема. Рыцарь-гигант обмяк и повалился набок. Я перелетел через его шлем и покатился по камням. Каждое их касание отзывалось острой болью во всём теле. Меч улетел куда-то в сторону.