Я прищурилась, вглядываясь внимательнее, и вдруг меня словно молнией пронзило. Да я же ее знаю! Не лично, конечно. Леди Арабелла, принцесса герцогства Лимонь – крошечного государства, которое на карте-то не сразу найдешь, но при этом она умудряется третий год подряд побеждать на межгосударственном конкурсе доброты. Мало того, она ещё и забирает все второстепенные призы: «Мисс Безупречность», «Мисс Честность» и даже «Мисс Благоразумие»…

У принца явно дурной вкус! Да как он вообще ее выдерживает?

Мне вот и подходить-то не хочется, но работа есть работа. Я скрипнула зубами, глубоко вздохнула, поправила складку на платье и двинулась в их сторону, стараясь ступать бесшумно.

– ...полностью с вами согласна, ваше высочество, – донёсся до меня мелодичный голосок Арабеллы, когда я оказалась в зоне слышимости. – Повышать налоги – это так нехорошо. Это ведь всех огорчает! А от огорчения портится цвет лица, сон и аппетит… Знаете, я считаю, эти гадкие налоги надо и вовсе отменить.

Я замерла за колонной присматриваясь к объекту.

Принц нахмурился.

– Ну... полностью отменять вряд ли стоит, – голос у него оказался приятный, с лёгкой хрипотцой. – Всё-таки по этому поводу есть определенные расчеты и экономические выкладки... В конце концов, на что-то же надо строить дороги и больницы.

Слушать их было невыносимо скучно. Во-первых, потому что они говорили о скучных вещах. Во-вторых, я-то знала, что это был пустой разговор. Когда настанет час принимать решение о налогах, Арабелла уже будет ехать в карете обратно в свой Лимонь, а принц – спать сном праведника под действием «Зелёной меланхолии» в сочетании с противоядием. Так что ни на какие налоги никто из них не повлияет.

И все же от девицы надо было избавиться как можно скорее, она мне мешала просто фактом своего существования рядом с объектом. Я заозиралась по сторонам в поисках подходящего орудия. Взгляд упал на столик с закусками, и я хищно улыбнулась. Пирожные. Идеально!

Плавным движением я взяла с подноса самое пышное кремовое «сооружение», щедро сдобренное джемом. Пирожное было мягким, маслянистым и обещало оставлять трудновыводимые пятна. То, что надо.

Я медленно приблизилась к парочке.

Когда до Арабеллы оставалось не больше полуметра, я ловко подвернула каблук, ахнула, и пирожное, описав короткую дугу, приземлилось точнёхонько на ее небесно-голубое платье.

– Ой! – воскликнула Арабелла, взмахнув руками. Кремовая клякса расползалась по корсажу, и выглядело это так, будто на лазурном небе распустилось жирное грозовое облако… Хм, с вкраплениями ягодного джема.