В лагере за старшего оставался отец Фёдор. А нас повёз старый знакомый — Мигель. И, конечно же, с собой взяли Хромую и Русого, которые в лагере вконец заскучали. Если бы они при этом людей не трогали — и ладно бы! Но ведь безобразничать без наших возмущённых криков — скучно вдвойне!

Отъезжая в фургоне на юго-запад от лагеря, я следил за ребятами, которые спускались вниз. Следил до тех пор, пока почти не перестал различать их силуэты на фоне камней. И пока у них вроде бы обходилось без приключений.

И у нас тоже было тихо. Мы спокойно пересекли пустующую Тропу гигантов и поехали дальше.

Опять-таки без приключений мы доехали до нужной возвышенности. И даже умудрились въехать на неё — что было весьма кстати!.. Моя левая нога ещё не до конца оправилась от вылазки в долину.

Там, наверху, мы с Мелким распаковали ретранслятор. Собственно, устройство представляло собой мачту высотой в несколько метров, сделанную из какого-то композитного материала — поэтому достаточно лёгкую. Самым тяжёлым в ней были четыре принимающих тарелки, которые надо было развернуть так, чтобы они смотрели на долину. Отправляющей антенной выступала сама мачта.

Коробочки приёмного блока и аккумулятора нужно было подключить в специальные разъёмы в самом низу мачты. А чтобы неглубоко прикопанная конструкция не завалилась, надо было ещё натянуть шесть тросов, которые крепились колышками к земле.

В общем, никакой интеллектуальной деятельности. Зато и скучать не приходилось. И пусть СИПИНы могли обойтись без антенн, но почему бы не улучшить качество передаваемого лабораториями сигнала? От нас ведь не убудет.

А ещё физический труд позволял отвлечься от всякой эмоциональной ерунды. Например, от переживаний за тех, кто ушёл вниз. Так что я только радовался подвернувшейся работёнке. Можно сказать, выехали на пикник. А вечером уже вернулись обратно в лагерь.

Перед сном я сидел у костра и слушал, как на северо-востоке, куда нам предстояло ехать завтра, стонет гигантская форма жизни. Она, наверно, осталась одна на всю округу. Остальные её товарки уже покинули пределы долины, отправившись в отпуск к морю.

«Может, она слишком старая для долгих переходов? — подумал я. — Или у неё критический год? Ну типа критических дней у девушек… А может, она — вообще самец? Или все гигантские формы жизни одного пола?»

С этими вопросами в голове я и отправился спать. И, надо сказать, уснуть они мне не помешали. Активный физический труд — к тому же, на свежем разреженном воздухе — вообще способствует крепкому сну…

Дневник Листова И. А.