— СИПИН, а у Пилигрима та самая винтовка, которую вы можете делать раз в сколько-то там дней? — уточнил я.
— Да.
— Значит, в Алтарном если и купили такую же, то она там одна? — снова уточнил я.
— Да, её купили и ждут новой, — согласился СИПИН.
— А ту, которая у Грима, мы перенести не сможем, если все помрём… — закончил я.
— К сожалению, — заключил СИПИН.
Снова открыв меню покупок, я заказал новую лодку и ещё пищевых рационов. Слишком ценная пушка была в руках разведчика, чтобы её здесь как трофей для роботов оставлять. Нет уж… Найду, с кем послать в Алтарное…
— Всё! Я готов отключать Алтарь! — решился я.
— Тогда открывай меню управления. И выбирай нужный вариант.
И снова передо мной появилось предупреждение. Я выбрал указанный вариант, а потом на виртуальной клавиатуре с непонятными значками, которые СИПИН поверх продублировал арабскими цифрами, начал вводить придуманный код:
1805189915061907120819491212199325121993
— Я запомню, конечно… Но надеюсь, ты его тоже запомнишь.
— О, поверь, я эти циферки никогда не забуду! — отозвался я.
— Хороший код… Надеюсь, это не даты рождения твоих родственников? — уточнил инструктор. — Потому что наши бунтующие собратья эти цифры проверят первым делом. Наверняка твоё личное дело они скопировали.
— Нет, это если ко мне и относится, то очень опосредованно… — улыбнулся я, вводя код повторно:
1805189915061907120819491212199325121993
Забыть этот код? Я же юрист, блин! Я могу забыть даты рождения своих родственников! Но даты начала гаагских конференций, дату принятия женевских конвенций и дату принятия и вступления в силу основного закона своей страны… В общем, эти цифры я буду помнить даже в маразме! Их в нас вколачивали много лет и навсегда!
— Всё, СИПИН, готово! — радостно заявил я, но инструктор мне уже не ответил.
Большой Алтарь Вознаграждения гудел, а его точка на карте мигала. Он отключался, и первым вырубился, похоже, усилитель связи.
А я развернулся к стене и побежал помогать своим. Если быстренько добить этих врагов, то ещё можно дождаться второй волны… И отомстить за Русого не один, а два раза!
Да, я оптимист. И это, наверно, диагноз.
Глава 28 Все, что уже неважно… Чрезвычайно неважно!
Дневник Листова И. А.
Пятьсот двадцатый день. По-прежнему много роботов и взрывов.
Когда я выбрался на стену, сражение уже шло вовсю. И плазмой нас поливали теперь по полной программе. Даже Грим вынужден был прятаться среди отколотых кусков стены. Остальные бойцы залегли и стреляли, почти не высовываясь с мест.
— Вано, закончил? — крикнул разведчик.
— Ага! — отозвался я, ложась на живот рядом с одноногой Эмили, которая, похоже, потеряла сознание.