Я даже успел немного заразиться этой нервозностью Грима… Вздрагивал от звуков в ночи. Подозрительно косился на тёмные пятна вокруг лагеря. Приглядывался к чёрным силуэтам на фоне звёздного неба. С подозрением поглядывал на белеющие вверху снега.
И даже на станцию взбунтовавшихся СИПИНов, пролетающую по небу, смотрел с подозрением. В первый момент показалось, что она стала больше…
Но, ещё раз приглядевшись, сам себя отругал. Я вдруг понял, что если так себя накручивать, то можно быстро и технично получить на свою голову нервный срыв. Причём за считанные дни. А потом и вовсе свихнуться. Поэтому махнул рукой на ощущения: что будет, то будет.
И вечер прошёл спокойно.
Дневник Листова И. А.
Пятьсот пятый день. И снова к перевалу.
Наш караван снялся с лагеря, когда сумерки только вытеснили темноту ночи. Недовольны таким скорым отъездом были, кажется все — даже баги. И только Грим пребывал в приподнятом настроении, да Русый весело бежал по земле, не желая сидеть в кузове.
Позади оставались высоченные горные пики и чаша зловонной долины, в которой когда-то зарождалась жизнь на планете… Или не зарождалась. Ведь СИПИНы не были уверены в своих гипотезах.
А я, оглядываясь назад, понимал, что мы побывали в вонючем, злом… Но безумно красивом месте! Мы как будто забрались на самый край света! И там, естественно, нашли кучу приключений на свои задницы.
Пожалуй, если это было моё последнее приключение, перед тем как Кукушкин усадит меня за стол и заставит руководить, оно удалось на славу!
Я побывал в одном из самых необычных мест на планете… Чуть не умер от потери ноги, а потом от того, что она снова отросла… Я видел какой-то совсем другой мир… И даже гибель гигантской формы жизни. Я даже вернулся туда, где начиналось это огромное приключение — к первому лагерю, где когда-то высадили наши капсулы…
Обратный путь мне представлялся скучным и неинтересным. Даже если нас всех по пути сожрут бестии — это будет обидно, но очень банально. Но я ни о чём не жалел. Есть время для путешествий и приключений, а есть время — вернуться домой.
Алтарное стало моим домом. И я скучал по нему.
Глава 18 Чрезвычайно понапрасну паникерская
Дневник Листова И. А.
Пятьсот седьмой день. Акт «пушистикового» геноцида.
На перевал мы въезжали готовые ко всему. За то время, пока тут не бродили с печальным: «О-О-О-О!» гигантские «черепашки», его успело основательно подзамести. Во всяком случае, даже с новой конструкцией фургонов нам пришлось двигаться медленно и осторожно.
К тому же, в горах ощутимо так потеплело, и над перевалом теперь клубились серые тучи. А это тоже не добавляло оптимизма. Соваться в горы во время снегопада никто из нас не хотел. Но и стоять лагерем, дожидаясь подходящей погоды, было не в наших интересах.