— Как прошло? — встретил я Пилигрима.

— Удачно. Разместили, — кивнул тот, усмехнувшись. — Жаль, не без потерь.

— Да, я людей посчитал, — кивнул я. — Напали на вас?

— Ты знаешь, нет… Просто трагическая случайность! — пожаловался Грим. — Нарвались на хищное растение. А так, видишь, даже раненых нет.

— Ну а мы подготовились к отъезду. Можем уходить. Хоть завтра с утра! — похвастался я.

— Вот завтра с утра и уходим! — кивнул Пилигрим.

А потом остановился и дождался, когда все «ныряльщики» пройдут мимо.

Рядом остались только Мелкий, Кэт и отец Фёдор. Остальные пошли отдыхать в лагерь.

— Знаете… Предчувствие у меня какое-то нехорошее… — признался Пилигрим.

— Перекрестись! — тихо прогудел из бороды отец Фёдор.

— Нет, это тут не поможет… — качнул головой Пилигрим. — Если, конечно, у меня от этого не откроется прямой канал связи с Богом. Он-то вроде как всё должен знать…

— Так, может, и откроется! Давай, я в тебя верю! — радостно закивал священник.

— Я уже пробовал: у меня не открывается! — с улыбкой отмахнулся Пилигрим, после чего снова помрачнел. — А сейчас вот прямо гнетёт что-то…

— Ваще мне тоже чот ссыкотно… Уже второй день! — признался Мелкий.

Я честно прислушался к своим ощущениям… Но не обнаружил в них ничего особенного. Поэтому ответил, как есть:

— Да я ссусь уже пятьсот четыре дня! Каждый день на этой планете! Даже если буду ссаться сильнее — боюсь, не замечу!

— Вано, поверь: нам надо очень спешить, — совершенно серьёзно проговорил Пилигрим, даже не улыбнувшись. — Просто поверь…

— Верю. Мне, если уж на то пошло́, давно неспокойно… — признался я. — Но давай честно: мы не знаем, от чего бежать. И не знаем, что нам грозит. Может, наоборот, опасность ждёт нас не здесь, а в Алтарном? Так стоит ли лишать людей отдыха?

— Стоит… Точно стоит! — покивал Пилигрим. — Когда думаю о том, как едем назад, так сразу спокойнее становится на душе. Я, знаешь, Вано, привык за свою жизнь таким ощущениям доверять. Можешь, как вернёмся, у Костромы спросить: она тоже своим предчувствиям верит. Иначе бы нас тут не было — умерли бы оба.

— Так что решаем? — уточнил отец Фёдор.

— Уходим завтра рано с утра, — решил я. — Твоим ребятам надо выспаться получше. Бойцы, если что, отоспятся в фургонах. Выдам сегодня всем вина. Пусть расслабятся хоть так.

— Добро! — кивнул Пилигрим.

— Надо — значит, надо! — вздохнул отец Фёдор.

Жаль, конечно, что запланированный маленький праздник накрылся медным тазом. Я-то думал дать всем отметить окончание важного дела. А потом ещё один день, чтобы прийти в себя — и уже потом отправляться. Но если долго общаешься с людьми, которые часто рисковали жизнью — поневоле научишься доверять их ощущениям.