Парень нахмурился, забрал молот, повертел.

— Где?

— Третья линия от края, левая сторона. При интенсивной ковке расколется через два месяца.

Я посмотрел на молот. Никакой трещины я не видел. Подозреваю, что Вейла её тоже не видела, но продавец уже водил пальцем по металлу, пытаясь нащупать дефект.

— Сорок пять, — сказал он через полминуты.

— Сорок две, включая замену молота, если треснет.

— Сорок две без гарантии.

Вейла помедлила ровно столько, чтобы парень подумал, что она колеблется. Потом кивнула. Далан молча забрал свёрток с инструментами и уложил в мешок.

Семена трутовика, смола, ткань и спирт заняли ещё двадцать минут. Вейла торговалась за каждую позицию с методичностью, от которой хотелось аплодировать. К концу обхода в поясной сумке осталось сто девяносто семь Капель — на две больше, чем она планировала.

Между закупками я делал то, ради чего попросил Вейлу не торопиться: сканировал город.

«Витальная Настройка» работала на автомате — три дня в городском хаосе сигналов сделали своё. Мне больше не нужно строить фильтрацию сознательно; мелкие ритмы отсекались сами, как белый шум перестаёшь замечать через час работы в больнице. Я переключил канал на тяжёлый диапазон, и город развернулся передо мной, как анатомический атлас.

ВИТАЛЬНАЯ НАСТРОЙКА: адаптация завершена.

Переключение каналов: 10 сек — 7 сек.

Статус навыка: пассив (нестабильный — стабильный).

Одновременных каналов: 1 (без изменений).

Эффективность «Внутренней Петли» в режиме настройки: 38% → 41%.

Золотистые строки мигнули и растаяли. Я отпустил канал настройки и переключился на сканирование стволов.

Первый ствол: мощный, глубокий удар каждые три с половиной секунды. Здоровая древесина, живые капилляры, витальный фон на уровне четырёхсот процентов от нормы подлеска. Норма для города-узла.

Второй, третий, четвёртый — все в пределах.

Пятый оказался чуть слабее, удары каждые четыре секунды, как будто сердце тяжелее проталкивает кровь. Возрастная деградация — ничего критичного. Этот ствол старше остальных, судя по диаметру.

Шестой в целом нормальный.

Седьмой.

Я задержал дыхание. Переключил канал. Подождал. Переключил обратно. Подождал снова.

Тишина.

Полная, абсолютная тишина, как если бы приложил стетоскоп к подушке. Ствол мёртв. Я переключил каналы трижды, пытаясь поймать хоть что-то. Ничего. Семь секунд на переключение, каждый раз тот же результат: ноль.

При этом ствол выглядел целым. Кора на месте, потемневшая и покрытая лишайником, но без трещин. Кристаллы на его ветвях горели тусклее, чем на остальных, но горели. Платформы держались: я видел с площадки два складских навеса и подъёмник на верёвочной тяге. Люди ходили мимо, не обращая внимания.