— Вы слишком перегреваете эту интригу, любезный граф, — сказал он и с осуждением покачал головой, но спорить не стал.

— Я могу заглянуть к барону Дигриазу? — уточнил я на пороге, проигнорировав слова биоманта.

— Да-да… К вам прислать сопровождающего? Он в корпусе М.

— Найду сам, спасибо.

Я вышел в метель, поднял воротник пальто и натянул на голову шапку. Колючий снег бил в лицо. Необычное ощущение, по которому даже можно соскучиться. Однако уже через несколько секунд мне надоело наслаждение зимой и вокруг возник воздушный купол. Снежинки бились о магическую броню и разлетались по сторонам.

Так гораздо лучше.

Олег Кожин повернул голову к двери, когда я вошёл в его палату. На лице хрономанта появилась радостная улыбка. Блокнот и ручка, зажатые в руках, моментально устремились под подушку.

— Михаил, моё почтение, — стараясь не показывать слабости, промолвил он. Я подошёл к его кровати, подвинул стул и сел рядом.

— Апельсины принёс? — поинтересовался Кожин.

— Что случилось? — не ответил я.

— Небольшие проблемы на работе, — отмахнулся он. — Не бери в голову.

— Это как-то связано с массовым убийством офицерского Совета Справедливости, во главе с генералом Шимухиным? — склонил я голову набок. — Об этом разве что птицы не поют.

Улыбка слезла с лица Олега, он отвёл взгляд. Наступила гробовая тишина, которая через несколько долгих секунд прервалась его нарочито бодрым голосом:

— Говорят, битва на твоих землях была легендарной. Ты читал, что твою победу связывают с крахом северного фронта Скверны? Утром был репортаж с Нарвского моста и из Печор. Наша доблестная армия сломила напор монстров! Как же жаль, что я в этом не участвовал!

Он сжал кулаки от нахлынувших чувств, затем опустил веки. Мигал Кожин чрезвычайно медленно.

— Что происходит? — тихо спросил я. — Как ты здесь оказался? Откуда твои ранения?

Олег устало вздохнул и посмотрел мне в глаза. Пристально, тяжело и от его взора потянуло прошедшими столетиями. Чёрт возьми, да мне самому стало тоскливо от такого зрелища.

— У меня будет к тебе просьба, Миша. Личного характера, — сказал он.

— Говори.

— Уильям Дигриаз должен умереть в твоём госпитале, — сухо сообщил Олег. — Официально. Ты сможешь это устроить?

— Устроить, что? — нахмурился я. — Твою смерть?

Кожин закатил глаза и с намёком заметил:

— Тебе бы отдохнуть, Миша. У тебя стремительно падают когнитивные способности. Конечно же, нет! Нужна бумажка о том, что барон умер от полученных ран. Тело как-нибудь организуем, потому что они точно за ним потом явятся.

— Как-нибудь? — не удержался я от иронии, но затем исправился: — Послушай, если очень надо — то всё сделаем. Но мне хотелось бы понять, во что ты влез. Тебя разыскивают?