— Клятва Роду, — нарушил я своё молчание максимально ледяным голосом.

— Я готова. Готова прямо сейчас, — сломленная монахиня улыбнулась сквозь слёзы. — Ваше сиятельство… Вы никогда не встретите более преданного своего слугу, если простите меня.

— В Хрипске есть госпиталь. Там понадобится хороший биомант. Тебя встретят, как человека, готового на любую работу.

— Спасибо! Спасибо, ваше сиятельство! — закивала Ирина. — Я не подведу вас больше. Если я не смогла родить Спасителя, то сумею внести свою лепту в дело его. Служением вам!

— Встань, пожалуйста, — поморщился я. Ирина вскочила на ноги:

— Вы не пожалеете, клянусь вам. Я… Исполню всё, что вы попросите. Я найду вам ту, которая достойна. Даже если мне придётся привести их вам насильно…

— Не вздумай. Пророчества нет, Ирина.

— Как скажете, ваше сиятельство. Как скажете, — немедленно опустила голову она.

— Хозяин, мне кажется, что вы не убедили людишку, — сообщил появившийся рядом Черномор.

— Как ты её проворонил?

— Простите, Хозяин. Я должен был быть внимательнее. Скорее всего, меня смутила причёска, из-за которого визуальный контроль не нашёл совпадений по базе тревожащих вас персоналий. Однако хочу напомнить, что у меня нет возможности оценить степень угрозы личности, которую я не могу определить визуально. Может быть, запретить людишкам закрывать лица?

В голосе Черномора проступила надежда.

— Нет. Не можешь определить — определяй как красную, — посоветовал я.

Ирина, постоянно кланяясь мне, вернулась к машине. Мотор чихнул, выплюнув клуб сизого дыма. Я слегка вмешался в работу двигателя, чтобы не мучить бедную технику больше, и «Москвич» значительнее бодрее покатился по дороге.

— Следи за ней, — попросил я Черномора.

— Слушаюсь, Хозяин! — виртуальный помощник растворился. «Москвич» медленно проехал мимо охраны Челидзе и заморгал поворотником, сворачивая в сторону Малориты.

Капелюш по-прежнему сурово выглядывал в округе страшную опасность, предоставив мне самостоятельно переваривать происходящее.

Лаура Челидзе вернулась в переулок через полчаса. Раскрасневшаяся, воодушевлённая, она остановилась у своего «Волжанина», поманив меня рукой. Я не заставил себя упрашивать и подошёл к посланнице Императора с максимально возможным достоинством.

— Ваши труды очищают, — заметила она, глядя на меня с хитринкой. — Невероятное величие. Смесь красоты и ужаса. Символизм победы. Очень похоже на работы баталиста Стеллара прошлого века. Но с присущей вам инфернальностью.

— Вы разбираетесь в искусстве? — заметил я.

— Я и сама в каком-то роде скульптор, — подмигнула мне Лаура. — Однако не будем об этом. Нам пора. Прошу вас, Михаил Иванович.