Я бросился вперёд, пока шла перезарядка, но меня как стоячего обошёл Снегов. Витязь с занесённым топором превратился в поток смерти и рассёк старый танк на две части. Остановился позади поломанной машины и обернулся. Скверна, набиравшая силу, пролилась на мёртвую землю. Трава задымилась, а танк со скрежетом развалился надвое.

— Курва!

Я оглянулся. Над краем котлована появилась рука пленённого стража, схватилась за кромку земли, сграбастала приличный кусок, словно голодный экскаватор, а после исчезла вместе с добычей.

— Я могу прыгнуть на него, — сказал Снегов, оказавшись рядом со мной. Топор перекочевал на плечо, и мне показалось, что витязь борется с дыханием. Ну, после таких атак это ожидаемо. Он высший ранг умельца, а не бог. Слегка запыхался, бывает.

— Нет нужды, — ответил я. Тоже, надо сказать, с отдышкой. Лапа монстра снова взметнулась над краем земли, загребла почву и провалилась. Чудовище опять выругалось. Я вскрыл ещё один амулет, на ходу двигаясь к провалу. Подчиняясь моей воле, выброшенная земля накапливалась огромным бруствером вокруг ямы. Оттуда слышались проклятья монстра, он пытался зацепиться то одной лапой, то другой. Я вслушивался в ритм его движений, набирая силы. А затем, уловив его, обрушил всю накопленную почву в котлован.

Над поверхностью оказалась только вытянутая лапа с бронированными пальцами. Они растопырились, затем попытались сжаться в кулак. Снегову приказывать не пришлось — витязь оказался возле руки монстра, и через несколько ударов над спрессованной ловушкой билась в агонии окровавленная культя.

Я огляделся. Атака Скверны захлебнулась. Охотники добивали уцелевших, сноровисто выкладывая сферы для зарядки и разделывая туши.

— Что дальше, ваше сиятельство? — спросил Снегов.

— Дальше мне нужны геоманты и ваш топор.

Я повернулся к приближающемуся Вепрю. Тот, весь в крови осквернённых, с широкой улыбкой шагал к нам, всё ещё пребывая в горячке боя.

— Всех земельников сюда, друг мой, — крикнул ему я. Лидер охотников тут же кивнул и громовым голосом воззвал:

— Молния, Крах, Англичанин!

Столько новых имён.

Убийство Бессмертного Стража оказалось довольно рутинным. Геоманты потихоньку вытягивали землю из дрожащего котлована, слой за слоем. Снегов рубил броню монстра, срезая всё, что высовывается. Когда показалась голова польского бронемишки — витязь стоял уже без шлема, мокрый и красный от пота.

— Курва! Курва! — разинул рот монстр, но рёв его был уже не так могуч, как прежде. Витязь в несколько ударов расколол шлем чудовищу, содрал прилипшие пластины, обнажив уродливую распухшую морду осквернённого, а затем устало сел рядом с ним. Чудище скосило на него глаза и попыталось плюнуть, но зелёная слюна повисла на разорванной губе. Шенгальц вопросительно посмотрел на меня, накладывая дорогущую стрелу на тетиву.