— Авось дуэль и вовсе не состоится, — с надеждой проронил братец, скинув одеяло и принявшись одеваться. — Сейчас студенты разнесут весть о дуэли по всей академии. А там уже к вечеру и полиция узнает. Она-то и не даст вам провести её. Помяни моё слово, в полночь на аллее Герое будет не протолкнуться от праздных зрителей и служивых…
Глава 13
Несмотря на не самое приятное начало дня, я с охоткой отправился на занятия. Сегодня был последний учебный день. И стартовал он с практики у Григория Григорьевича. У того самого сутулого седовласого мужчины с загнутым носом, узким бледным лицом и пронзительным взглядом карих глаз. Он ещё мне напоминал ворона. И именно на его занятие случилась моя знаменательная перепалка со Столетовой, после которой мы предстали перед деканом.
Сегодня Григорий Григорьевич должен был познакомить нас с оживлением мертвецов. Для этого нам пришлось обосноваться не в привычной комнате для занятий, а спуститься в подвал. Тут было холодно, мрачно, серый потолок нависал над нами, а не менее серые стены сжимали по бокам. Воздух в подвале хоть и вполне неплохо циркулировал, но всё равно оказался немного влажным и затхлым.
Естественно, что и окон тут не имелось. А всё освещение строилось на нескольких лампочках, висящих под потолком. Их свет падал на учебную чёрную доску, парты, макушки студентов и стальной, закрытый гроб. Он стоял в дальнем конце помещения возле учительского стола, за которым сидел мрачный преподаватель в своей неизменной мантии.
Григорий Григорьевич пробежал по нам тяжёлым взглядом, будто мы уже изрядно опостылели ему, и прокаркал:
— Гляжу, все явились, господа студенты.
— Да, Григорий Григорьевич, но на следующее занятие могут прийти уже не все, — звонко заявила костлявая как смерть Лидия Столетова и ядовито посмотрела на меня.
После её слов в учебной комнате раздались приглушённые смешки и даже препод криво усмехнулся. Похоже, уже все знали о грядущей дуэли — тем менее вероятно, что она состоится.
А Столетова меж тем не унималась. Ехидно проговорила, поправив причёску:
— А может и все придут, но мужчинами будут считаться уже не все.
И снова следом за её репликой раздались смешки. И их даже стало больше. Я тоже посмеялся и сделал это намеренно громко. Студенты притихли, озадаченные моим смехом.
Я же следом с улыбкой мечтательно проговорил:
— Григорий Григорьевич, а ведь ещё есть одна причина, по которой на занятия могут прийти не все ваши студенты. Турнир первокурсников. Надеюсь, магические поединки достаточно опасные? В них можно погибнуть? Вот я точно со своими противниками буду сражаться так, словно они надо мной насмехались с самого младенчества.