Хрясь!

Я приземлился на спину среднего согнутыми коленями. Под ними послышался хруст, а сам боец свел лопатки от боли. Всё-таки я смог его достать.

Тут же прыжок вправо и новый удар по морде очухавшемуся. Этот удар должен дезориентировать на короткое время.

За эти доли секунды снова раздался голос «Узи». Третий попытался в меня попасть, но не учел того, что средний боец начнет расправляться, пытаясь унять боль в спине. Пули разорвали в клочья остатки Кольчуги, а потом пробили и маску противогаза. Брызнула кровь.

Я ускорился…

Надо было рвануть к стреляющему прежде, чем он переведет ствол на меня. Капли крови из башки среднего зависли в воздухе мелкими рубинами. Я мог бы сделать шикарное фото на фоне пролетающего внизу города, но мне было не до творчества. Вернее, у меня было другое творение, и оно называлось — смерть.

— Сто-о-о-оп! — крикнул было стреляющий, но я и не думал останавливаться.

Его зрачки в стеклах противогаза расширились, когда ствол «Узи» неожиданно поднялся вверх, а дуло уперлось в подбородок. Я подмигнул и нажал на его палец на спусковом крючке.

«Узи» рявкнула разъяренной швейной машинкой и застрекотала от души. Она выплевывала свинцовых пчел с такой яростью, как будто давно ненавидела владельца. Может он плохо ухаживал за оружием или ещё чего?

С такого расстояния ни одна Кольчуга Души не выдержит. Через две секунды он отлетел назад, также щедро рассыпая алые рубины по грязному полу, как и убитый им только что коллега.

Я же кувырнулся назад и двумя ногами ударил по приходящему в себя третьему человеку. Выбив из рук оружие, я в три удара взломал Кольчугу, а потом когтями распорол броню на груди.

Да, потом от таких движений я буду не один час приходить в себя, но мне нужно было произвести впечатление на оставшегося в живых. Подсечкой швырнул на пол, где уже лежали двое из его группы.

После этого я сдернул противогаз с морды и склонился над бледным эльфом.

— Кто вы? — прорычал я.

— Пу-у-у-ук, — раздалось в ответ.

Да, понятно, что под действием эликсиров я выгляжу не ахти, что черные вены на лице и зрачок во весь глаз, но не до такой же степени, чтобы обосраться? А нет, это не от него повеяло — это расслабился кишечник самого первого убитого.

— Ещё раз повторяю — кто вы, блин, такие? — я оскалился, приблизив свою преобразившуюся физиономию к лицу эльфа.

Меня не зря называют Зверем — в моменты глубокого преображения могу выглядеть похлеще утопцев или гнильца. Я как-то сам взглянул на себя в зеркало во время подобного действия — чуть заикой не остался. Харей можно ворон пугать на огороде.