Помощь же макробиолога ему понадобилась в другом проекте. Кроме всего прочего, Олбриттон был автором гипотезы, что в гиперпространстве существует жизнь. Он обосновал возможность ее существования теоретически, но никак не мог получить практических доказательств.

Многие гиперлоцманы верят в гипотезу Олбриттона. Пак Ён неоднократно рассказывал Троосту, что иногда чувствует в гипепространстве чьи-то взгляды. Чувствует, что на него кто-то смотрит. Чувствует… только вот подтвердить не может ничем, кроме своей интуиции.

— А вы не сторонник моей гипотезы, Троост? — поинтересовался Олбриттон, возясь с гиперлучевой установкой.

— Я считаю, что доказательств пока еще недостаточно, — уклончиво ответил зверолов. — Если жизнь в гиперпространстве все-таки существует — почему за двести лет никто с ней так и не встретился?

— Вы можете неделями шагать по пустыне, но так и не заметить признаков жизни, — пожал плечами астрофизик. — На самом деле гиперпространство ведь изучено еще чрезвычайно плохо. Мы научились проникать в него, но по-прежнему почти ничего о нем не знаем. Так древние мореплаватели бороздили океаны, но понятия не имели, что скрывается под волнами.

— Возможно. А возможно, что люди таки встречались с этой жизнью…

— О-о?.. — приподнял брови Олбриттон.

— … просто потом они не смогли об этом рассказать.

Астрофизик чуть заметно побледнел. О таком аспекте он раньше как-то не задумывался. Ведь и верно, иногда звездолеты просто не выходят из гиперпространства. Входят в него — и исчезают навсегда. Чаще всего такое случается с кораблями-пионерами, но иногда и с другими звездолетами, ходящими по проверенным, хорошо изученным трассам. Самый трагичный случай произошел в 2339 году, когда в гиперпространстве бесследно сгинул гигантский звездный лайнер «Моисей».

Он вез на Новый Эдем восемнадцать тысяч колонистов…

— Но это я так, в порядке предположения, — усмехнулся в бороду Троост. — Выпускаем манок?

Олбриттон медленно кивнул. Раскрылось окно шлюза, и в него скользнул дрон-разведчик, специально созданный для работы в гипепространстве.

Из-за чрезвычайной сложности производства подобные дроны стоят очень дорого и даже в снаряжении корабля-пионера их всего три. Интендант с большой неохотой выделил один из них для экспериментов.

— Реакции нет, поле ровное, — хрипло сообщила робототехник, принимая сигнал с дрона. — Гипер стабилен, аномалий не засекаю.

Разумеется, Олбриттон и не ждал, что гипотетическая четырехмерная жизнь проявит себя, едва лишь он выпустит наружу дрона. Их уже тысячи раз так выпускали и они никогда еще ничего не обнаруживали.