— Понятно, что ничего не понятно, — вздохнул Герман. Не нравились ему такие странности. Как ни крути, а это армия. Если какое-то вооружение есть, то и дежурная смена должна быть на всякий случай. Даже во время мирной миссии по устрашению. «Да и не похоже, чтобы здесь какие-то раздолбаи служили, судя по поведению, — рассуждал парень. — Тихохода они захомутали довольно лихо и с выдумкой, надо отдать должное».

Когда погоняемый крейсером Гаврюша влетел в трюм, он тут же попал в захват, предназначавшийся для перетаскивания повреждённой машины в ремонтную зону. По размерам как раз подошёл. Так что мелкого паршивца захомутали и увезли на конвейерной ленте или эскалаторе — Лежнев не знал, как это правильно называется. То есть придумали, как захватить ценный трофей нештатными средствами. Да ещё в живом виде. Обычно люди, которые так хорошо и быстро соображают, глупых ошибок тоже избегают, так что Герман насторожился ещё сильнее. «Чего же они всё-таки истребители не запустили?!»

Гадать можно было до бесконечности, так что Лежнев прекратил это бессмысленное занятие и направился вдоль конвейера. Недалеко — очень быстро упёрся в закрытые створки двери. Впрочем когда это было проблемой для владельца чудесного меча производства тех же технофанатиков? Материал в переборках линкора использовался явно более качественный, чем в том же транспортнике шахтёра, но внешний, — главный! — слой брони уже разобрал Кусто. Тонкая внутренняя переборка, пусть и не слишком охотно, но проиграла в извечной битве брони и снаряда. Спустя пару минут было готово неровное отверстие, в которое Герман без труда пролез.

— Герман, ты меня слышишь? — уточнила Тиана как только он оказался внутри.

— Слышу, — подтвердил парень. — А что?

— Перебои в передаче изображения начались. Боюсь, дальше будет ещё хуже.

— Ну, со звуком пока всё в порядке, — ответил Лежнев.

— Нужно почаще контролировать связь, — взволнованно сказала Тиана. — Лучше всего — вообще непрерывно!

— Петь не буду! — тут же сказал Герман. — А то у меня уже традиция дурацкая — как только я попадаю в какую-нибудь задницу, так обязательно пою.

— Может, ты лучше расскажешь, что такое кадетский корпус? И Суворовское училище. Последнее, это, наверное, какое-то учебное заведение?

— Чего? — удивился Лежнев. — Какой кадетский корпус?

— Ну, помнишь, ты обещал отдать туда Гаврюшу?

Герман хмыкнул — он уже и забыл, какие кары обещал детёнышу в сердцах. Пришлось рассказывать — немного сгущая краски, чтобы тихоход понял, каким страшным местом грозил Герман своему то ли питомцу, то ли воспитаннику.