— Сдачи не надо, — с нарочито барскими интонациями произнес я.

Медсестра ловко сгребла гонорар в сумочку и насмешливо фыркнула:

— И не надейся.

— Тогда я взамен хочу попросить твой номер телефона.

Медсестра отправила в рот половину сосиски, задумчиво пожевала и выдала:

— Не пойдет. Я со студентами не встречаюсь. Прости, парень ты неплохой, но это принцип.

— И откуда же он взялся? — поинтересовался я.

— А ты подумай, сколько вот таких бойких молодцов у меня каждый день телефончик клянчат, — усмехнулась она. — Поэтому либо соглашаться, либо… принцип!

— Уважаю, — кивнул я. — Но со мной тебе придется-таки еще немного повстречаться.

— Ага, разбежался, — фыркнула медсестра и, допив лимонад, начала собираться.

— Погоди, — остановил я ее. — Я исключительно по делу звонить буду.

Я, конечно, немного кривил душой. С такой задорной девчонкой я бы с удовольствием пообщался и не только по делу. Но давить прямо сейчас — значило гарантированно ее спугнуть.

— По какому еще делу? — подозрительно прищурилась она.

— Видишь ли, справки нужны не только мне, но и парочке моих друзей, — деловым тоном объяснил я. — А чтобы нам лишний раз не мозолить глаза главврачу и не светиться толпой в поликлинике, мы могли бы тебе прямо домой закинуть студенческие. А потом оттуда же и забрать готовый результат. И всем хорошо.

— Артист! — она покачала головой, но в глазах заплясали веселые смешинки. — Заливаешь так гладко, что прямо хочется тебе поверить.

— Завтра еще парочку студенческих закинем, — уверенно пообещал я.

Мне как минимум нужно было прикрыть отчисление Толика с Серегой, если они всё же решат окончательно забить на учебу и присоединиться к моей… ОПГ. «Организованная правовая группа» — это ироничное название само пришло мне в голову, идеально описывая наши ближайшие и очень туманные перспективы.

Девушка на секунду задумалась, затем недоверчиво переспросила:

— Точно только по делу?

— Исключительно, — твердо подтвердил я.

Она, как мне показалось, даже немного надулась. Вот и пойми этих женщин: сначала категорически отшивают, а когда ты благородно отступаешь и переходишь сугубо на деловой тон — на тебя же еще и обижаются.

— Ручка есть? — вздохнула она.

Я достал из кармана синюю ручку Влада, которая, похоже, превращалась в мой счастливый талисман, и протянул ее девушке.

Она аккуратно вывела на серой бумажной салфетке шесть цифр. Потом немного подумала и приписала снизу: «Алёна».

Я бережно забрал салфетку.

— А я Олег.

— Знаю! — фыркнула она, возвращая мне ручку. — Я ведь только что твое имя в справку вписывала, забыл?