Александра Николаевна приняла решение переехать в здание будущего института, хотя спальня директрисы напоминала каморку бедной институтки, а не покои женщины, которой предстоит круглосуточная ответственность за чужих детей. Она запаковала в сундук потёртые учебники отца, ежедневник с записями о копейках на хлеб и несколько сменных воротничков, вывязанных собственными руками. Дворник спустил сундук на лестницу, извозчик увёз его через слякотные улицы к Васильевскому острову, а Александра шла пешком, прижимая к груди учебник по магии с надписью на форзаце и пытаясь вспомнить, как зажигать свечу взмахом руки.

Эта женщина — не та барышня Пешкова, которую ожидала герцогиня. Внутри молодого тела живёт семидесятипятилетняя учительница, пережившая одиночество двадцать первого века, смерть мужа, отдаление дочери и внука. Она помнит, какой школой станет это благотворительное начинание через полтора века, и потому не может позволить себе романтических иллюзий. Её магия непредсказуема — свеча загорается от неловкого взмаха, но не от часовых упражнений. Её прошлое — тело двадцатипятилетней девицы без приданого, с отцом-лудоманом, с утерянным местом в пансионе и с ежедневником, где каждая строка выведена потом. Она неудобна: задаёт вопросы о бочках с помоями, требует нормальную кровать для классных дам, предлагает фельдшера выдавать за преподавателя естественных наук. Она не верит в благотворительность без расчёта и не стесняется произносить слово "жалованье" при императорской родственнице....