Удар. Удар. Удар.
Убедившись, что эта громадина издала свой последний крик, Рэджи развернулся и пошёл обратно в свой вагон.
— Мне никто не помог. Но они не были героями, — обратился он к воющему обрубку, когда открыл крышку второго гроба. — А я — не они.
Рэджи как никто другой понимал, что такое быть брошенным на произвол судьбы. Этот вой эхом раздавался в его голове, резонируя с воспоминаниями о том, когда он сам вопил от боли и страха.
Рэджи схватил на руки то, что осталось от Алекса Ротта. Тот все продолжал кричать в агонии.
— Ну, тише, тише…
Парень выпрыгнул из вагона и, крепко схватившись за Алекса, зашагал куда-то вглубь леса под первыми лучами рассвета.
* * *
Я смотрел на два пустых гроба, и руки опускались сами по себе. Отца нет, понимания, где его искать — тоже. Мне ничего не оставалось, кроме как вернуться обратно к Родиону в надежде, что тот подскажет, что делать дальше, раз такой умный.
Он, видимо, не заметил, как я подошёл. Мне удалось разглядеть, как он между затяжками своей горькой трубки достаёт из кармана носовой платок и вытирает кровь, обильно прущую из носа. Похоже, выкрутасы, которые он творил со всей этой нежитью, оставляли свой отпечаток на его состоянии.
Я спрятал пистолет в кобуру на груди и снова забрался на верхушку вагона.
— Его нет, — Родион удивлённо приподнял бровь на эти слова, — отца нет.
Он затянулся трубкой и посмотрел куда-то вдаль.
— Ну, нет и нет, — сказал старик безразлично.
— Ты знаешь, на каких условиях я согласился на работу с тобой.
— А ещё я знаю, что ты хочешь отомстить. И шанса лучше, чем сейчас, у тебя уже не будет, — он повысил тон, — а по поводу отца… Откуда мне знать, где его искать? Откуда мне знать, кто его уволок? Здесь были ликвидаторы, но никто не выжил, — он указал рукой на труп в чёрной униформе,– уцелей они, убрали бы всю нежить, а не только твоего отца.
— Без вариантов?
— Без вариантов. И с каждой минутой, потраченной зря, твоя месть и моё желание сделать эту проклятую страну чуточку лучше утекают сквозь пальцы.
Я сцепил зубы.
— Ну и… что в таком случае мы будем делать дальше?
Старик ещё раз затянулся трубкой, выпустил ровное колечко дыма изо рта, а затем улыбнулся и посмотрел на меня.
— Мы возвращаемся в столицу, Марк.
Глава 11
— Мы возвращаемся в столицу, Марк.
Помню, сначала я подумал, что мне это послышалось. В столицу? Так быстро? Я никак не мог отделаться от чувства спонтанности происходящего. Подобно киномеханику, меняющему бобины с фильмами в старых кинотеатрах, Родион в очередной раз одним словом переворачивал мои представления о том, что нам предстоить делать дальше. И, Боже, как же мне надоело, что я узнаю обо всём в последний момент. К тому же без права голоса.