Тина лишь кратко кивнула, глядя в окно. В гробу она, разумеется, видела всё это, но… лучше так, чем снова резиденция и удушающе уничижительные разговоры с родителями. Деду нужна Тина-УБИшница? Хорошо. Он увидит её в деле.

А там будет видно.

* * *

Тина устало потёрла пальцами виски.

Здесь всё было не так, как в Альянсе. Там… да, разумеется, там все тоже знали, кто она. Но там это приелось, притерпелось, отошло куда-то на задний план. Да и она не была наследницей клана. Здесь же… та же хрустальная ваза, только в рабочем цеху. Подчёркнутое уважение, отстранение и — кажется, сомнения в её квалификации.

Чёрт, она всем доказала, что она профессионал. Всем… кроме столицы. А здесь, кажется, если бы не прямой приказ Герберта, её бы и к материалам дела не допустили, «чтобы не мешала работать специалистам».

Тем не менее, рутина оставалась рутиной. От осмотра тела убитого Императора её отговорили — вернее, она отказалась сама, не видя в этом особого смысла. Что скажет очередной покойник? Зато систему безопасности дворца осмотрела сверху до низу.

Что ж, система была действительно императорского качества… и да, это никак не остановило убийцу. Самым большим достижением Тины в этой части расследования было то, что она умудрилась ни разу не пересечься с Марианной.

За осмотром места убийства последовал осмотр площади, включая переулок с вырванным канализационным люком; затем тщательный просмотр отчётов свидетелей в поисках важных деталей…

Слова деда не шли у Тины из головы всё это время. Да. Кредит доверия. Что ж, если у неё выйдет — она постарается помочь Ротту выбраться целым из этой передряги. Если же нет… ей сейчас куда важнее помочь себе, не стать марионеткой, управляемой родителями. Сделать свою жизнь здесь хотя бы чуточку менее невыносимой.

— И как ты думаешь, — раздался позади неё голос деда, который только что с кем-то разговаривал в соседнем помещении, — где сейчас Марк Ротт?

Тина вздрогнула. Кажется, этого вопроса всё же не избежать. И придётся ответить. Другим бы она не сказала — не их дело, но дед…

Разумеется, она видела Марка — через все стены, через расстояние. Смутным, еле заметным отблеском… но сияние было так велико, что она могла отследить его до сих пор.

— Удаляется из города по восточной трассе, — она для вида пооглядывалась. — И уже довольно далеко. Ещё немного — я потеряю его из виду.

Какое же это будет облегчение, почти забытое.

— Вот как? — дед сухо улыбнулся, но улыбка была максимально не праздничной; самое то для такого дня. — А вот наши ребята утверждают, что взяли его у здания правительства. Хочешь взглянуть.