— Ты прав. Значит, надо первыми нанести удар. Но это значит растянуть силы…
— Градов не успеет собрать войска, чтобы противостоять нам, господин. К тому же его Очаг ослаб — мы легко возьмём поместье. Карцева уже отвела всю дружину в свои владения. Нам не надо их уничтожать, достаточно просто сдерживать.
Рудольф Сергеевич медленно кивнул, прислушиваясь. Игнатьев продолжил:
— К землям Карцевой стоит отправить войска фон Берга и вести постоянные артиллерийские обстрелы. В качестве поддержки выделить один полк, усилить дополнительными артефактными расчётами, чтобы маги Карцевой не смогли подавить технику. Мы просто блокируем их выдвижение, а когда прикончим Градовых — пойдём в наступление.
Муратов потёр узкий подбородок, глядя в одну точку, а затем сказал:
— Хороший план, Альберт. В поддержку фон Бергу можно как раз отправить Роттера с его людьми, чтобы не рисковать личными силами. Но Высоцкий не позволит объявить ещё одну войну…
— Как знать, ваше сиятельство, — пожал плечами Игнатьев. — Возможно, внешне он и будет недоволен, но ему это на руку. Генерал-губернатору всегда по душе, когда дворяне оказываются ослаблены.
Граф нахмурился, задумавшись. Его пальцы нервно барабанили по сиденью.
Они продолжили ехать в молчании, каждый погружённый в свои мысли.
«Ты несёшься в пропасть и даже не видишь этого, — подумал Альберт. — Может, на краю ты остановишься и осознаешь, как много допустил ошибок, но будет уже поздно. Я буду рад подтолкнуть тебя и посмотреть, как ты рухнешь в бездну…»
Глава 14 Торги
г. Владивосток
Поместье генерал-губернатора
— Прошу за мной, господа, — сказала ассистентка и мягким жестом указала на дверь.
Граф Муратов поднялся, одёрнул пиджак и направился за девушкой. Игнатьев тенью последовал за ним.
Девица, что прислуживала господину Высоцкому, выглядела просто потрясно. Со стороны и не скажешь, что простолюдинка. Прекрасная фигура, ровная осанка, изумительные золотые волосы. А платье? Вроде бы деловое, ничего вызывающего, но как же оно подчёркивало округлые ягодицы девушки.
Советник искренне наслаждался, глядя на походку юной красавицы. Он даже подумал о том, чтобы пригласить её на свидание — но тут же отмёл эту мысль. Даже если представить, что она согласится, что у них всё получится и они окажутся наедине где-нибудь в гостинице… Что потом?
Что она скажет, когда Альберт снимет перчатки? Захочет ли, чтобы эти уродливые обгоревшие руки прикасались к её нежной коже? Конечно же, нет. Хорошо, если она не закричит от ужаса, увидев его мерзкие культяпки.
Игнатьев сжал кулаки, тонкая кожа перчаток заскрипела. Он давно не был с женщиной, а с такой красивой — вообще никогда. И не думал, что подобная красавица согласится быть с ним хотя бы на одну ночь.