Он задерживает на мне взгляд. Хищные глаза проникают куда-то в самую душу, будто копаются там, перечитывая записи моей жизни, анализируют — достойна ли я его внимания.
— Могу, — без эмоций говорит он. — Но зачем мне это?
Его вопрос вводит меня в ступор. И я говорю первое, что приходит в голову:
— Вы хороший человек…
Улыбка растягивается на губах, обнажая белоснежные зубы. В уголках глаз собираются небольшие морщинки, и без того яркие глаза вспыхивают ещё сильнее — от чего кажется, словно они светятся в темноте. Он глухо смеется:
— Хороший человек… Так меня ещё никто не называл.
Все вокруг молчат. Тишина звенит — только хрипы Кайла и шорохи листвы с обочины нарушают её. Меня бьет нервная дрожь: если этот человек не поможет нам, то наш с Кайлом жизненный путь закончится на этом мокром асфальте. Слезы сами начинают течь из глаз. Я продолжаю держать трясущимися пальцами темную ткань брюк, стоя на коленях перед незнакомым человеком. Но та энергия, что от него исходит, вселяет веру в то, что он может всё.
— У вас есть семья? — начинаю я.
И тут же он перебивает меня:
— Милая, давай без манипуляций. Ты развеселила меня, заслужила награду. — Он поворачивается к Кайлу, склоняет голову к плечу — как зверь, который прислушивается, затем указывает пальцем: — Парень сейчас остановится. Готовьте адреналин.
Юлий безоговорочно слушается его, щёлкает капсулами. Кайл громко, с криком выдыхает, а затем хрипит, уходя в очередной судорожный приступ.
— Остановка сердца, — комментирует Юлий, разрезая футболку у агонизирующего Кайла.
— Что? Он умер? — выпучив глаза, сильнее сжимаю ткань его брюк, не веря в собственные слова.
— Пока нет, — мужчина легко расцепляет мои пальцы, освобождая свои штаны от захвата. — Раздеваться будем потом, сейчас у меня есть дела поважнее.
Он брезгливо стряхивает невидимую пыль с одежды.
Юлий раздаёт команды:
— Адреналин — внутрисердечно. Майк, держи его ровно. Саймон, кислород. Рон, готовь дефибриллятор — возможно, понадобится.
Команда мгновенно приходит в движение. Юлий берёт шприц, Майк фиксирует плечи Кайла, Саймон подключает кислородную маску. Я остаюсь на коленях, не в силах пошевелиться.
— Дыши, Кайл, дыши, — шепчу я, протягивая руку.
— Если хочешь, чтобы он жил, не мешай им работать, — спокойный голос шепчет мне на ухо.
Оборачиваюсь, натыкаюсь на лицо хищника в теле человека. Он ухмыляется кончиком губ. С благодарностью смотрю в пугающе красивые черты лица.
— Спасибо, — шепчу одними губами.
Он коротко кивает, отворачивается и бросает через плечо:
— Пакуйте их.
Плотный мешок натягивается мне на голову. В грудной клетке всё обрывается и стремится в пятки. Хватаюсь руками за край, пытаясь сдернуть его с себя.