Глава 22
Страница 114 из 141
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 22

Страница 114

Киваю, потому что говорить уже не могу. Встаю, ноги кажутся ватными, но я заставляю их двигаться. Делаю шаг, потом ещё один. Лошади снова тихо фыркают. Одна из них чуть наклоняет голову, и я на секунду останавливаюсь, протягиваю руку, касаюсь её тёплой, бархатной морды:

— Я завтра вернусь. Вернусь и позабочусь о тебе. Обещаю.

В последний раз смотрю на Санчеса:

— Прощайте мистер Санчес.

— Прощай, Ада Фарт. И не вздумайте горевать! Я не люблю эту херню, — он дарит мне последнюю усталую улыбку

Выхожу из конюшни. Холодный ночной воздух бьет в лицо, отрезвляет, заставляет сделать глубокий вдох. Небо всё так же усыпано звёздами, будто ничего не изменилось. Но изменилось. Всё изменилось.

Дом Санчеса стоит рядом, тёмный, приземистый, с покосившейся крышей и скрипучим крыльцом. Дверь чуть приоткрыта. Вхожу, щёлкаю выключателем. Вижу знакомую кухню: старый буфет, стол с клеенкой, чайник на плите, холодильник, тихо гудящий на последнем издыхании.

Открываю дверцу — внутри пахнет молоком и луком. На полке — большой кусок мяса, несколько картофелин, морковь, лук. Хватаю всё, что вижу, ставлю на стол. Руки дрожат, но я заставляю себя двигаться — резать, чистить, ставить кастрюлю на газовую плиту. Огонь вспыхивает с тихим шипением.

Пока вода греется, сажусь на табурет, опускаю голову на руки. И только сейчас, когда никто не видит, позволяю себе пару беззвучных слёз. Они катятся по щекам и я не вытираю их. Пусть будут. Пусть это будет моя маленькая плата за то, что я сижу тут, готовлю еду, пока там, в конюшне, уходит человек, который был значим для меня.

Вытираю лицо рукавом, выпрямляюсь.

— Ладно, мистер Санчес, — шепчу в тишину кухни. — Вы хотели вкусно — будет вкусно. И не будем горевать.

Глава 22

Глава 22

Сижу на кровати, закутавшись в застиранный махровый халат. После ледяного душа тело пышет приятным жаром. Только вот внутри всё равно холодно. Этот холод не смыть ни кипятком, ни паром. Ужин был в полной тишине. Ни я не задавала вопросов Кайлу, ни он не проявлял инициативы к разговору. И в этой тишине не было неловкости — скорее, она была нужна нам обоим.

Сейчас он в душе — смывает с себя ужасы сегодняшнего дня. Не только грязь, но и тяжесть исполнения последней воли Санчеса. Я знаю: когда он выйдет, на его лице будет маска, за которой прячется всё, что он не готов произносить вслух.

В комнате полумрак. Рассматриваю фотографию: молодой Санчес с Джоном в ковбойском одеянии, верхом на конях, лучезарно улыбаются. На снимке они такие живые — сильные, уверенные, будто весь мир у их ног. Ветер трепал полы их рубашек, солнце слепило глаза, а впереди была целая вечность.

назадназад
1 ... 112 113 114 115 116 ... 141
впередвперед