Останавливаемся рядом с полуразрушенным небольшим строением, его крыша еще держится, но стены осыпались, оставив лишь ржавые каркасы.
Выходить под дождь не хочется, но надо. Кайл остаётся в машине.
Вылезаю из тепла и мнимой безопасности. Подошва вязнет в раскисшей от дождя траве, чавкает при каждом шаге.
Пальцы дрожат от холода, когда открываю замок. Наклоняюсь за рюкзаком и в этот момент холодная струя, скопившаяся между резинок уплотнителя, стекает мне за шиворот.
Вздрагиваю, шиплю сквозь зубы:
— Зараза!
Беру ближний рюкзак. Захлопываю багажник, трясу рукой — как кошка лапой, ступившая в лужу. Грязные капли слетают с пальцев. Довольная выполненной задачей, разворачиваюсь идти обратно, предвкушая будущий обед. И в ступоре застываю — изо рта машинально вылетает:
— Вот и поели, блять…
В паре метров передо мной нечто. Тварь стоит на двух полусогнутых ногах, длинные руки свисают до земли, чёрные крючковатые когти почти касаются грязи. Кожа розовая, бугристая, покрытая ссадинами и струпьями — будто кто-то сдирал с неё куски, а потом она зажила неровно. На голове — костный нарост, защищающий мозг, как у буйвола: массивный, с трещинами, поросший жёсткими волосками.
То, что должно быть похоже на человеческое лицо, выглядит совсем иначе. Челюсти длинные, вытянутые вперёд, заканчиваются двумя отверстиями вместо носа — оттуда вытекает вязкая зеленая слизь. В ней застрял жук, барахтается лапами, пытается выбраться, но вязнет ещё глубже.
Мутант выдыхает — клубы пара выходят из приоткрытой пасти. Его дыхание пахнет гнилью, будто рядом прорвало канализацию. Глаза настолько маленькие, что не разобрать, какого они цвета: две темные точки на уродливой морде, но я чувствую — он смотрит на меня.
Он не шевелится — только грудь медленно поднимается и опускается, а пальцы на лапах чуть сгибаются.
За спиной раздается скрип двери.
— Ада, ты потерялась? Что там?
Не успеваю ответить. Мутант резко поднимает голову. Ноздри расширяются, слизь капает на землю. Он поворачивает морду в сторону Кайла — и издаёт пронзительный визг. Уши пронизывает боль.
— Это что за хуета?! — орёт Кайл, его голос срывается на хрип.
Тварь прижимается к земле, подгибает конечности, мышцы под бугристой кожей напрягаются — она явно готовится сделать прыжок. Писклявый визг, высокий и режущий, выводит меня из оцепенения. Роняю рюкзак в лужу — грязь брызжет на штаны, но сейчас это последнее, о чём я думаю. Хватаю автомат, дергаю затвор: щёлк — механизм срабатывает, патрон досылается в ствол.
Мутант раскрывает пасть — оттуда высовываются два чёрных языка, длинные, извивающиеся, как змеи. Нити зелёной слюны растягиваются между ними.