— Ну ты и мразь, — кривлюсь от отвращения. — Сейчас я тебя покормлю.
Жму на курок. Выстрелы грохочут один за другим. Гильзы летят в сторону, сверкают в воздухе, падают в грязь. Пули попадают в открытую пасть, разносят в клочья мягкие ткани. Мутант визжит — звук такой, будто смешали крик недорезанной свиньи и кита. Он заваливается на спину, живот, покрытый костными пластинами, вздымается в судорожных вздохах. Конечности скрючиваются, дрожат, когти царапают землю.
— Поехали! — хватаю рюкзак с земли, выдёргиваю его из лужи, брезгливо стряхиваю грязь. Бегу к машине, дергаю ручку двери.
Кайл стоит, бледный, с расширенными зрачками, смотрит на агонизирующее существо. Пальцы сжимают автомат, а он застыл, завороженный последними конвульсиями твари.
— Кайл, мать твою! — ору я, хватаю его за рукав. — Эта штука явно звала кого-то! Поехали отсюда!
Заскакиваю в машину.
— С каждым днем все страшнее, — хрипло выдыхает Кайл, захлопывает дверь. Руки дрожат, когда он вставляет ключ в замок зажигания.
С пробуксовкой срываемся с места. Дышу так, словно пробежала десять километров. Расстёгиваю рюкзак, нащупываю бутылку, дрожащими пальцами откручиваю крышку и делаю большие жадные глотки. Внедорожник подпрыгивает на неровностях колеи — вода расплескивается, капли попадают на лицо.
— Это всё творение человеческих рук, — закручиваю пробку, сжимая бутылку. — Какими чудовищами нужно быть, чтобы создать такое…
Кайл вытирает стекающую по лбу каплю. Он бросает короткий взгляд в зеркало заднего вида, потом снова смотрит на дорогу.
— А главное — зачем? Уничтожить человечество? Какие цели во всём этом?
— У меня нет ответов, — качаю головой, убираю бутылку обратно в рюкзак. — Когда власть попадает в руки шизофреников, приходит крах всему.
— Чёрт! Опять! — вскрикивает Кайл.
Вздрагиваю, оглядываюсь, ищу причину. Впереди, прямо посреди дороги, выпрыгивает такая же тварь, что мы завалили пару минут назад. Её бугристая розовая кожа блестит от дождя, когтистые лапы скребут воздух, голова покачивается из стороны в сторону.
— Дави её! — ору, вцепившись в сиденье так, что пальцы немеют. — Дави, Кайл!
Сбоку, из-за поваленного дерева, выбегает еще один мутант — гораздо меньшего размера. Он двигается прытче.
— Это, блять, что — детёныш? — Кайл бледнеет, резко жмет на газ.
— Плевать! Дави их!
Большая тварь прижимается к земле, расставляет когтистые лапы, скалится. Её пасть раскрывается. Она визжит — звук режет уши, отдаётся болью в мозгах.
Меньший мутант прыгает в нашу сторону, но поскальзывается в метре от носа машины. Его тело, лёгкое и юркое, прямиком залетает под колёса. Кузов несколько раз подпрыгивает. Слышится отвратительный хруст костей, короткий жалобный писк — и всё.