— Продолжай, — кивнул приютский врач после очередного изучения моего духа. — Случай непростой, а чем больше ослабишь связь проклятия с телом, тем проще будет от него избавиться.
Ну я и продолжил. По мере продвижения вглубь зала напор энергии становился всё резче и злей, и вместе с тем она не текла от якоря, а скорее кружила вокруг него, время от времени влетая внутрь сиявшей на полу колдовской схемы и оранжевыми искорками уносясь куда-то вверх.
При одном только взгляде в ту сторону меня немедленно начинало мутить, а всё кругом становилось зыбким и нереальным, к последней площадке для медитаций я подбирался, уставившись в пол. Энергетический шквал едва не сбивал с ног, всего так и пропекало насквозь, но — дошёл! Справился!
Какое-то время я просто пытался отдышаться и свыкнуться с напором силы, но лучше не становилось, наоборот — мало-помалу стал проваливаться в забытьё.
Тогда сел ровно, и взгляд сам собой зацепился за колонну, на которой оказался начертан очередной затейливый рисунок. Что-то в контуре человеческой фигуры показалось знакомым, я пригляделся и сразу на ум пришёл заляпанный кровью лист из дома звездочёта.
Ну точно!
Один в один! Только здесь линии провели не синие и красные, а оранжевые и чёрные. И не линии даже это были, а стрелочки.
Оранжевые стрелки со всех сторон проникали в тело и постепенно сливались в шесть основных, которые уходили к пламенному шару в районе солнечного сплетения фигуры. От него расходились четыре линии, только уже чёрные — они подобно спицам тележного колеса, упирались в кольцом охватившую ядро окружность. Вспомнилось невесть когда и где услышанное слово «оправа».
Сверху к этой самой «оправе» нимбом примыкало вытянутое полукружие. И от той, и от другого в ноги, руки, к обеим ключицам и голове уходило по меридиану. Парные линии сливались в единую узловую точку, и только в кистях изобразили по ещё одной окружности с отростками-пальцами. Всего соединений набралось тридцать шесть.
«Да это же тот самый абрис!» — сообразил я, тут-то меня и окликнули.
— Ну наконец-то! Я совсем тебя заждалась!
Вздрогнув от неожиданности, я обернулся на голос и едва об удержании приказа отторжения не позабыл: из окольцевавшей призрачный якорь вязи сияющих символов на меня глядела Рыжуля!
Глава 10
6−1
Какого чёрта⁈
Горло будто удавкой сдавило, не сумел выдавить из себя ни слова.
Столько времени гнал, гнал и гнал от себя мысли о рыжей девчонке — и вот она стоит передо мной! Совсем без одежды!
Черти драные! Это ещё как⁈
Да быть того не может!
Впрочем — этого и не было. Если грудь Рыжули ещё худо-бедно просматривалась, то низ живота затянуло непонятное марево, словно стыдливый художник не довёл свой гениальный рисунок до конца. А потом девчонка и вовсе сгинула, будто мираж.