не думая направил свой крейсер прямо на «Москву». — Вот мы и снова встретились, контр-адмирал, — поприветствовал я своего противника, выходя с мостиком лейб-линкора на связь. Мой голос звучал спокойно и даже немного насмешливо, несмотря на бурю эмоций, бушевавшую внутри. Я смотрел в бледное, осунувшееся лицо Демида Зубова на экране, пытаясь разглядеть в нем хоть тень раскаяния или сомнения. Но видел лишь холодную решимость и затаенную ярость. — Вы готовы продолжить наш прервавшийся поединок? Зубов скривил губы в подобии улыбки. В его глазах плясали отблески взрывов, озарявших космос за бронированными иллюминаторами мостика «Москвы». Казалось, адмирал наслаждается этим адским зрелищем, питается им, как вампир кровью. — На таких же условиях, как и при последней встрече, трое на одного? — нервно усмехнулся Демид, пробегая глазами по боевым характеристикам четырех наших кораблей и оставшись увиденным сильно недовольным. Его лицо исказила гримаса презрения и злобы. — Что ж, смелости вам, господа, как я вижу, не занимать… — Об этом не беспокойтесь, адмирал, — я жестом руки остановил обвинения Демида, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно более ровно и веско. Каждое слово давалось с трудом, приходилось буквально выталкивать их сквозь стиснутые зубы. — Негласные правила никто нарушать не намерен. Каждый корабль будет по очереди сражаться с вами и если один из нас погибает, лишь тогда следующий занимает его место, предоставляя системам управления «Москвы» время на восстановление утерянных мощностей. Одновременного нападения всех на одного я не допущу, обещаю… На самом деле мне хотелось наброситься на Зубова всеми силами, стереть его в космическую пыль, не оставить и атома от ненавистного линкора. Но я знал, что поступить так — значит уронить свою честь и достоинство, предать самого себя. Я не мог позволить Демиду утянуть меня на дно своего морального разложения. Зубов прищурился, явно пытаясь просчитать мои истинные мотивы и планы. Даже сейчас, на пороге решающей схватки, его аналитический ум продолжал искать слабые места, лазейки, возможности для обмана и манипуляций. — Я верю вам, Александр Иванович, но, к сожалению, не доверяю вашим спутникам, — произнес Демид после долгой паузы. В его голосе слышалась едва сдерживаемая тревога и напряжение. Адмирал с беспокойством наблюдал, как его гвардейские крейсеры один за другим теряют мощности под огнем более оснащенных дредноутов противника. Я знал, в чем причина его беспокойства. Крейсера Демида до этого потеряли