в шаттл. Я один без охраны и сопровождения покинул крейсер на офицерском вельботе Айка и уже через пару минут приземлился перед центром управления этой базы. Это было единственное двухэтажное здание, похожее на действующее обжитое строение — по крайней мере, у него находилось несколько человек, и наблюдалось какое-то движение. Остальные постройки базы выглядели заброшенными, с потускневшими от времени и песчаных бурь металлическими стенами. Едва створки шаттла раскрылись, в лицо мне ударил поток горячего, сухого воздуха, наполненного мелкой пылью. Я спустился по трапу, осматриваясь и оценивая обстановку. И тут же услышал громкий, раздраженный голос: — Ты зачем здесь приземлился⁈ — закричал еще издалека с балкона этой самой постройки, которая, похоже, была не только офисом и центром управления, но еще и жилым помещением, бородатый мужичок в заляпанном грязном комбинезоне в клетку. — Не видишь, сколько твой чертов челнок поднял песка и пыли⁈ Я потом неделю убирать комнаты буду после тебя! Зачем приперся⁈ Его лицо, покрасневшее от ярости или, возможно, от постоянного воздействия безжалостного местного солнца, было изборождено глубокими морщинами. Маленькие, подслеповатые глаза смотрели на меня с нескрываемой враждебностью. — Ты и так живешь, как на помойке, — я огляделся по сторонам, наблюдая унылый пейзаж вокруг, — так что не переживай, ничего кардинально не изменится от кучки песка, может, наоборот он прикроет грязь, которую ты здесь развел… — Совсем обнаглел! — перешел на крик, взбешенный таким фамильярным отношением маленький человек. — Убирайся отсюда, сволочь, пока мои ребята не вышвырнули тебя! Он указал рукой на нескольких здоровенных техников, прохлаждающихся рядом под навесом и попивающих какую-то дрянь из пластиковых бутылок. Несмотря на свой расслабленный вид, я заметил, что эти люди совсем не так просты, как хотят казаться — по характерным движениям и тому, как мгновенно напряглись их тела при моем появлении, я узнал в них бывших военных. Возможно, дезертиров или наемников. В любом случае, с ними стоило держать ухо востро. — Видишь тот корабль, который висит в десяти километрах над тобой? — Я указал рукой в направлении «2525», зависшем прямо над ремонтным доком. — Его надо как можно скорей изменить до неузнаваемости, и это не терпит отлагательств… Было видно, как мой спокойный тон и упоминание боевого крейсера заставили бородача умерить пыл. Он пристально посмотрел в указанном направлении, пытаясь сквозь слепящее солнце разглядеть корабль. — Убирайся,