Иван смотрел в камеру.
— Адмирал-паша Рейс. Перед вами картина боевых и гражданских кораблей, с полсотней фортов на буксире. Я знаю, что вы их уже посчитали, сочтя слабым такое соотношение. Это правильное рассуждение, и я не буду с ним спорить. — Он сделал короткую, точно отмеренную паузу. — Я буду спорить со следующим вашим выводом. Вы решили, что выгодно завершить штурм русских кораблей эскадр вице-адмирала Хромцовой, Пегова и Василькова, пока я далеко, и затем разобраться со мной уже отдельно. Но вы ошибаетесь. И сейчас я объясню почему.
Жила тихо выдохнул, качая головой.
— Прикрываясь полями фортов, моя эскадра подойдёт к вам на ближнюю дистанцию. И там мои так называемые гражданские суда окажутся на поверку не простыми транспортами, а десантными кораблями. На каждом — от ста до двухсот штурмовиков в ратниках. Я облегчу задач вашим операторам: общая численность моих штурмовых подразделений — восемнадцать с половиной тысяч человек. Прикрываясь полями фортов, я направлю их одновременно на ваши корабли. У ваших славных янычар не будет сил выдержать абордажи со всех направлений сразу. Это арифметика, адмирал-паша. Не угроза… Хотя — нет… Угроза!
В эфире наступила тишина.
— Чтобы не оставлять никакого сомнения, я покажу моих солдат.
Изображение моргнуло, разделилось на несколько десятков окон. В каждом — внутренние палубы десантных кораблей, ряды штурмовиков в «Ратниках» в полной выкладке. Не парад: просто будни перед штурмом, какие я видел сотни раз — оружие у ноги, шлемы поднятые, лица серые от усталости, но собранные. Двое в правом верхнем окне передавали друг другу флягу, не глядя; кто-то в левом нижнем поправлял ремень шлема товарища. Я мысленно прикинул плотность строя, длину палубы, число рядов — и понял, что мальчик не блефовал.
Жила расплылся в широкой улыбке:
— Господи помилуй бедолаг османов! Откуда император их всех понабрал?
— Штурмовики из планетарной обороны Суража-4 и «морпехи» Балтийского космофлота, — ответил я.
Я разделял оптимистический возглас своего старпома — и понимал Рейса, который, наверное, в эту секунду на «Барбаросе» подумал то же самое в уже своих терминах. У противника во флоте Южных Сил по моим прикидкам после всех событий оставалось тысяч пять янычар. Минимум треть из которых готовились сейчас зачисть наших полуразрушенные и полупустые дредноуты. Соотношение было явно не пользу османов.
Изображение свернулось обратно к одному кадру.
— Адмирал-паша. У вас десять минут на консультацию с командирами Шестой и Восьмой дивизий. По истечении этого срока я ожидаю отказа от абордажной операции и отвода кораблей на дистанцию не менее ста тысяч километров от сектора. Время пошло.