— А ну-ка выйди и зайди, как следует!

— Это она нам? — удивленно спросил крысёныш.

— Это Маре, кажется, — ответил Даймон и двинулся дальше по коридору к источнику голоса.

— Погоди. Там слишком жарко для меня, — забеспокоился Оска. — Подсади меня к потолку. Я спрячусь в стене. Это людям тяжело по жизни свой уголок разыскать. А мы, хвостатые, больше приспособлены.

Оспа юркнул в дырку и скрылся среди проводов, труб и вентиляций охлаждаться. Эта крыса была настолько близкой Даймону, что он ощущал её как свои руки. А при необходимости мог видеть её глазами.

Сам в пару́он ничего не видел. Тепловое зрение не помогло. Тогда младший Адов уверенно переключился на ещё одну адскую способность — единения душ и тел.

Оспа поспешил убраться подальше от кипятка и пробрался к соседям на первый этаж. Мальчик в один момент увидел кухню из решётки канализации его глазами. Видел он, прочем не так много. Лишь макушки людей за столом. Но зато ещё и слышал. И по разговорам можно понять, что семья завтракала, обсуждая свои повседневные дела.

За столом сидел лысоватый отец, растрёпанная мать с немытой головой и дочь — юная рыжая пигалица.

А разговаривали они о следующем:

— Мам, почему у нас полы горячие? — спросила девочка тоненьким голоском. — Отопление же ещё не дали!

Даймон не сразу понял почему его сердце застучало быстрее. Такой пронзительный голос у девочки. Нечто среднее между писком и криком, только немного придушенным. Как будто ангина мучила человека.

— Если бы ты слушала учителей на уроках, то знала, что горячий пар поднимается вверх и подогревает наш пол из подвала, — ответил отец вместо матери, которая истерично чесала немытые волосы расчёской и предпочитала отмалчиваться. — Трубу между плитой прорвало походу. Сразу не добраться. А ради нашего дома весь район отключать не хотят. Вот и ждём, пока ещё что-нибудь прорвёт. Все работы делать лучше сразу.

— Поэтому нет горячей воды? Я не могу промыть волосы! — возмутилась дочь, недовольно подернув конопатым носиком.

Глядя на это Даймон ощутил, как сердце перестало биться совсем. К тоненькому голоску прибавились картинка. О, эти милые капли лавы на лице! Как будто человека пытали над огненным озером, а затем немного подпалили.

«Красота же! Даже волосы выгорели… Но что со мной»? — подумал он, вновь и вновь всматриваясь в это рыжее безумие за столом.

Оно гипнотизировало его как змея перед броском.

«А я ещё считал, что демоны гипнозу не подвластны», — прикинул демонёнок.

— Серёж, разберись. Я устала уже греть воду по тазикам! — возмутилась мать девочки, она же жена мужа, пытаясь накрутить первые бигуди или хотя бы отчасти расчесать волосы расчёской. — Вызови снова «аварийную».