— Как ты могла такое подумать, тьма моей души? — возмутился Михаэль. — Ты не поверишь, но здесь есть место, где люди добровольно расстаются с собственной кровью. Мне и когтем никого трогать не пришлось.
— Поклянись!
— Клянусь горшочком с мёдом! — тут же ответил оборотень-медведь и добавил проникновенно. — Двумя!
— О, это твоя самая сильная клятва, — кивнула вампирэсса. — Верю, мрак души моей.
Тогда оборотень посвятил всех в свои приключения:
— Я просто забрёл в это странное место с красным крестиком. На меня накинули какой-то халат. Я отпросился выйти. Зашёл в один из кабинетов и позаимствовал немного для тебя. Проще говоря, сначала они хотели взять мою, а пока отвлекались на бумаги, я взял их… Из холодильника.
— А мне кровяки? — Мара подбежала к отцу и радостно запрыгала. — Мне ты что-нибудь принёс? Хоть кусочек плоти! Как мне иначе расти?
— Конечно, мой маленький кошмарик, — ответил отец и с улыбкой протянул ей серый сюрприз на палочке. — Вот. Прямо под подъездом лежало.
Блоди нахмурилась, уперев руки в бока:
— Мы же договорились переводить ребёнка на взрослую пищу!
— Судя по виду, её уже кто-то обработал, — заметил демонёнок рядом. — Воняет жутко! А мои предки всё-таки живут среди сероводорода.
— Обработанную, а не протухшую, — поправилась вампирэсса. — В детском аду её никто не станет кормить отдельно.
— Детский ад? — улыбнулся Михаэль. — А люди мне всё больше нравятся. Хочу в детский ад!
— Кто ей там крыс ловить будет? — не унималась вампирэсса. — Или тухлятину добывать? Об этом ты подумал?
Оспа снова моментально показала нос из кармана:
— Эй, даже не думайте насчёт «брать с собой»! Договорились? Пукса пусть берёт.
Михаэль покачал головой:
— Ничего страшного не случится, если я её немного побалую мелкую лакомствами со своего двора. Но крысёныш прав. Надо поставить пару мышеловок в подъезде. Надеюсь, туда не только седые леди будут попадать.
— Я не это имел ввиду! — заявил Оспа, но его уже никто не слушал.
Мара в один миг проглотила лакомый кусок из руки отца, выплюнув палочку. Её кожа тут же порозовела, а губки стали красными. Но эффект этот был кратковременным. Уже через несколько минут к ней вернулась привычная бледность.
Из стены выплыла Дарья Сергеевна, поправила очки и добавила:
— Во-первых, не детский ад, а детский сад. Во-вторых, зачем Маре детсад, когда есть я? Я же лучше собаки!
Михаэль с Блоди переглянулись.
Вампирэсса добавила:
— Обе пойдёте. Там за ней и приглядишь. А в качестве бонуса можешь воспитывать любых детей, каких увидишь.
Дарья Сергеевна совсем не расстроилась, обрадовалась даже.