— Давай, давай! Да отпусти ты этот трос, Влад! — не выдержал Борн. — Чего ты вцепился!

— Отстань от человека! — возмутился дядя Саша. — Сам бы попробовал. Сейчас — сейчас, Владик, щас мы тебя обиходим…

— Дядь Саш, Дружка надо в тепло.

— И Дружка в тепло, не переживай. Ты только не прижимай его так, а то все кишки наружу повыдавливаешь!

— Ага. Вы сами-то как?

— Да нормально, эти как высадились, я их и срубил, считай, одной очередью. Они дуриком пошли, думали, я одиночными буду. Хотели массой задавить. Все и легли. Только вот, с Дружком плохо получилось. Его ж не удержишь. Он как бросился на них, один из этих уродов его и пнул. Думал, всё, нет больше Дружка.

Дядя Саша, наконец, вытащил пса и поспешил унести в тепло. Вернулся с кружкой. Влад почему-то подумал, что это горячий чай, хотя откуда бы? Чего-чего, а кухню они на «Ослике» обустроить ещё не успели. Парень сначала глотнул, и только потом понял, что это не водка даже, а чистый спирт.

— Кха! Откуда это⁈

— Да всё оттуда же. С нашего острова прихватил, чисто в медицинских целях. Вот, пригодилось.

Дядя Саша поднёс пустую кружку к носу, втянул ноздрями запах, прикрыл глаза, ностальгируя.

«Хорошо, что не железная! А то я бы щас к ней и примёрз», — подумал Влад. Сведённые судорогой мышцы начали расслабляться, и он, наконец, смог отпустить клятый трос. Друзья тут же подхватили под руки и повели в рубку.

— Да хорош, я нормально, — прошипел Влад. — Могу идти!

Борн тут же отступил в сторону, и Лопатин понял, что был слишком самонадеян — начал заваливаться. Упасть не успел — орк успел осознать ошибку, и подхватил.

— Или не могу, — прокомментировал Влад. — Спирт, что ли, уже подействовал?

— Рано, — покачал с уверенным видом дядя Саша.

— Значит, сотрясение. Меня сегодня по башке сильно били.

Спирт начал действовать уже внутри, в тепле. Правда, выпил парен не так много, чтобы выключиться, но перед глазами всё поплыло.

— Ребят, а с третьим кораблём что? Видели, как упал? Или ушёл?

— Да вон он болтается, — махнул рукой Борн. — Ты им там походу повредил что-то, они теперь ни туда, ни сюда. Орут вон что-то.

Влад прислушался, и, действительно, смог разобрать какие-то отголоски. Что кричали непонятно, но явно что-то у них там не ладилось.

«Ну и славно, — довольно подумал Влад. — Щас немного в себя приду, и будет вам похохотать!»

С этими мыслями парень и отрубился, а в себя пришёл оттого, что кто-то тщательно вылизывает ему лицо.

— Фу, Дружок, не слюнявь. Щас пойдём, — парню показалось, что он дома, в мастерской, и пёс, как всегда по утрам, намекает, что пора бы и прогуляться. Память вернулась только через несколько секунд — Лопатин резко распахнул глаза, дёрнулся, чтобы ощупать очнувшегося пса, и застонал от боли. Голова и бок отчаянно сигнализировали, что обращаться с ними нужно гораздо бережнее.