С силой выдернув своё копьё из земли, я перехватил его правой рукой поудобнее, и швырнул вниз, целясь в знакомого всадника. Копьё пролетело расстояние, разделявшее нас, и ударило в грудь лошади, на которой скакал Аль-Максум. Оба, и лошадь, и всадник, покатились по земле. Вокруг меня защёлкали выстрелы винтовок телохранителей. Всадников было, хоть и немного, но скакали они быстро, преодолев расстояние до меня за несколько ударов сердца.

Взмах сабли, и её лезвие, натолкнувшись на мой хопеш, со скрежетом разлетается на куски. Ещё взмах, и клинок отлетает прочь, отбитый им же. Мои телохранители тоже сражались рядом со мной. Первоначальный запал нападающих всадников быстро угас, и один за другим, они покидали свои сёдла, валясь на землю, убитыми или ранеными.

Аль-Максума нигде не было видно. Револьвер, изрыгнув все шесть пуль, довершил разгром внезапной атаки. Но это было ещё не всё, из лощины продолжали выбегать люди, только теперь это были пешие воины, вооружённые винтовками. Аль-Максум, поняв, что проиграл, и, потеряв всех своих всадников в скоротечном бою, спешил на встречу с ними.

— Не надо так спешить… Максимка. Подожди привета от меня, — проговорил вслух я, и приложил к плечу приклад моей старой однозарядной винтовки Энсфилда.

Не успел я, как следует, прицелиться, как перед спиной ковылявшего Аль-Максума появился один из его воинов. Приложив приклад винтовки к плечу, как и я, он стал целиться в меня. Выстрелы прогремели одновременно. Крупнокалиберная пуля моего «слонобоя» пронзила тело неизвестного стрелка насквозь, и, отбросив со своего пути, уже изрядно ослабленная, воткнулась в спину, убегавшего от меня Аль-Максума.

— Аааа, — его вскрик услышали немногие, а потом его подхватили свои, и вытащили из-под огня, скрывшись всё в той же, злосчастной ложбине.

Но я не слышал его крика. Пуля, выпущенная неизвестным стрелком, ударила в мой череп, зацепив его по касательной, содрала изрядный кусок скальпа, и оглушила меня. Я упал на землю, ничего не соображая, с залитым кровью лицом.

Мои воины сначала опешили, потом бросились мне помогать. От раса Куби прибежал гонец, узнать, что случилось. Я же, оглушённый, лежал на земле, потеряв на минуту сознание. И тогда раздался панический крик, грозивший всем гибелью.

— «Мамбу убилиии!»

Войска смешались. Махдисты усилили атаку, а египтяне дрогнули. Мои воины продолжали обстреливать противника. Заметались только мои иррегулярные дикари, не зная, что делать, и внося панику в ряды моих стрелков. Хорошо, что длилось это недолго.

Очнувшись, и слыша вокруг панические крики, я, шатаясь, встал. Кружилась голова. Глаза были залиты кровью, от сорванного скальпа. Меня тут же стошнило. Истошные панические крики продолжали звучать в моих онемевших ушах.