Ноги сами привели меня к старому баобабу. Протянув руку, я нежно погладил вплавленные в глину ярко-красные бусы, которые так и не потускнели за целый год. Тоска накрыла меня с головой, прислонившись к изборождённой шрамами от времени коре дерева, и уже не сдерживаясь, зарыдал, давая волю эмоциям.

Ветер саванн нежно шептал мне в уши голосом Нбенге непонятные слова, а я плакал, и сердце стало оттаивать, отдавая урне с прахом лёд, поселившийся в моём сердце, после её смерти. Может быть, меня кто-то и видел, но не смел подойти. Кругом было пусто. И только дикие звери, выли и рычали, далеко впереди, решая свои извечные проблемы.

Бросив прощальный взгляд на урну, я поплёлся назад, в свою пустую хижину. Только оружие и котелок, вот и всё, что у меня было. Зайдя в хижину, я задумчиво перебирал все события, произошедшие за последние полгода, потом достал все карты, которые у меня были, и ещё подаренные мне Ашиновым и Мехрисом, и погрузился в их изучение.

Положение моего народа улучшалось, развивались ремёсла, появилась небольшая армия, подготовленная абиссинским полководцем и казаками. Значительно увеличилось земледелие, огороды были засажены семенами, что принесли с собой казаки. Появились фруктовые сады, а особенно, банановые деревья. В Африке есть порядка двух десятков сортов банановых деревьев, произраставших в разных районах. Путешествуя по разным территориям, я собирал саженцы и приказывал их высаживать вокруг, создавая целые сады.

Самое главное, казаки помогли мне создать склады продовольствия, и построили даже большую мельницу, с водяным колесом. Она, правда, часто ломалась, но им удалось обучить обращаться с этим механизмом несколько человек, и теперь они мололи зерно на ней.

Зерно хранилось в огромных глиняных амфорах, и котлах, накрытых навесом, да и много чего было сделано для того, чтобы мы не жили от урожая до урожая. И теперь, могли прокормить не только себя, но и свою армию, воины которой, не только воевали, но и работали на полях, как бы этого им не хотелось.

Мой непререкаемый авторитет, замешенный на ужасе, пока действовал безотказно, грозя перейти в привычку, но это была вынужденная мера, и в принципе, временная.

Рассматривая карты, я напряженно думал, к кому обратиться за помощью, и какие территории надо захватить в первую очередь. Получалось, первым надо было захватывать Южный Судан. Населённый преимущественно негроидным населением, ещё практически не принявший ислам, он был, как переспелая груша, готовая упасть в руки тому, кто не побоится её сорвать, забрызгавшись сладким соком.