— А я Элеонора, — сказала вторая гостья. Вампирша лет сорока на вид, с седыми прядями в чёрных волосах и в строгом медицинском халате поверх платья. У неё были красные глаза (не от голода, а от бессонницы, как она пояснила). — Я работаю с кризисными пациентами. Видела всякое. Демон — не самое страшное. Самое страшное — это люди, которые отказываются от помощи. Так что показывайте вашего рогатого.

Аза, услышав своё имя, вышел из-за ширмы. Он был без свитера, но в чистой футболке и с аккуратно причёсанными волосами (рожки он специально полировал). Хвост нервно дёргался, но он взял себя в руки.

— Здравствуйте. Я Азазель. Можете называть меня Аза.

Рафаил окинул его взглядом. Долгим, изучающим. Потом кивнул.

— Хорошо. Давайте поговорим. Где можно присесть?

Филя тут же подвинул стулья, Жанна зажгла свечи (одна из них чихнула искрами — оказалось, она была магическая, с характером), Сергей поставил чайник. В подвале запахло пирожками и корицей.

Разговор длился два часа.

Рафаил расспрашивал Азу о его мотивации, о дипломах, о том, как он представляет свою работу с людьми. Аза отвечал честно: говорил, что он эмпат, что чувствует эмоции, что хочет помогать, а не питаться страхами. Что он устал быть грузчиком. Что он плакал, когда не мог помочь человеку на улице, потому что тот боялся его свитера.

— Почему свитера? — удивилась Элеонора.

— Потому что я думал, что свитер с оленями сделает меня уютным, — признался Аза. — Но оказалось, олени тоже пугают. Особенно если они красные. Люди думают, что это намёк на кровь.

— А вы не пробовали носить что-то нейтральное? Например, серый кардиган? — спросил Рафаил.

— Пробовал. В сером кардигане я похож на учителя математики, которого боятся за его строгость, а не за рога. Но тоже боятся. — Аза вздохнул, и из его ноздрей вылетели два облачка дыма. — Я не могу изменить свою внешность. Но я могу изменить отношение к себе. Если вы дадите мне шанс.

Элеонора посмотрела на Рафаила. Тот кивнул.

— Мы дадим поручительства, — сказала она. — Но при одном условии.

— Каком? — спросил Аза, замирая.

— Вы пройдёте супервизию в нашем центре. Три месяца бесплатной работы под наблюдением. И если за это время не будет ни одной жалобы от пациентов, мы продлим поручительство на постоянную основу.

— Согласен! — выпалил Аза, даже не дослушав.

— Погодите, — вмешался Гавриил. — А как же комиссия? Пробная сессия с пациентом-человеком?

— Уже есть, — сказала Жанна, доставая заявление бабушки Зины. — Вот. Пациентка написала, что всё прошло хорошо. Что демон не украл душу, не напугал, а наоборот — помог справиться с депрессией. И даже сковородка перестала дымиться.