— По мнению Совета, помощь тёмным расам приравнивается к соучастию в их «тёмных делах». Звучит абсурдно, но у них есть прецеденты. — Иннокентий открыл папку. — Вот. Три дела за последние пятьдесят лет. Все были закрыты, потому что обвиняемые не смогли доказать свою невиновность.

— Как это? — возмутился Гавриил. — В нашем законодательстве презумпция невиновности!

— В человеческом — да. А в эльфийском, по которому судят Совет, — презумпция виновности. Если ты тёмный, или работаешь с тёмными, или просто симпатизируешь тёмным, ты автоматически подозреваемый. И должен доказывать, что ты не верблюд.

— Это средневековье какое-то, — сказал Аза.

— Это Совет старейшин. Они живут по правилам тысячелетней давности. — Иннокентий вздохнул. — Но у нас есть шанс. Судья в этом деле — не эльф. Он вампир. Старый, опытный, справедливый. Если мы предоставим достаточно доказательств, что ваша деятельность полезна и не криминальна, он может отклонить иск.

— Какие доказательства нужны? — спросила Жанна.

— Отзывы пациентов, финансовые отчёты, положительные заключения от независимых экспертов. И, желательно, кто-то из Совета, кто подтвердит, что ваше агентство — не группировка, а нормальная организация.

— Из Совета? — Эраст поднял голову. — Я могу. Я был членом Совета. И я видел их методы изнутри. Я дам показания.

— Ты против своей семьи? — удивился Иннокентий.

— Я против несправедливости. Семья сама выбрала сторону.

— Это будет сильным ходом, — кивнул налоговик. — Но тебе придётся выступать в суде. Публично. Твои родственники будут там.

— Пусть. Я не боюсь.

Жанна положила руку эльфу на плечо.

— Ты уверен?

— Никогда не был увереннее.

— Тогда готовимся к суду.

Следующие три дня команда работала как единый механизм. Филя систематизировал финансовые отчёты. Гавриил готовил юридическую базу. Аза собирал показания пациентов (бабушка Зина пришла лично и пригрозила судье сковородкой, если тот не примет её сторону). Сергей развозил повестки свидетелям. Грим оборудовал в пекарне небольшой конференц-зал для совещаний с адвокатом. Эраст рисовал схему зала суда и расставлял фигурки участников процесса.

Жанна почти не спала. Она перечитывала старые дела, которые принёс Грим из архива, искала слабые места в аргументации Совета. Ночами к ней приходил Гавриил — приносил чай и просто сидел рядом, молча, согревая её своим присутствием.

— Ты справишься, — говорил он. — Ты сильнее, чем думаешь.

— Я боюсь, — признавалась Жанна. — Не за себя. За команду. Если мы проиграем, они останутся без работы. Аза вернётся в грузчики. Сергей будет возить пиццу и бояться показывать клыки. Филя — сидеть в подвале и жалеть о несъеденных печеньках.