Жанна почувствовала, как Филя сжал её руку. «Сговор с Хранителями» — это был новый поворот. Лориэль перекрутила факты, представив их вынужденный визит как тайное сотрудничество.

— Слово защите, — сказал судья Аристарх.

Гавриил встал. Его крылья были аккуратно сложены, но Жанна заметила, как дрожат кончики перьев.

— Ваша честь, обвинение пытается выдать чёрное за белое. Да, наше агентство помогает демонам, вампирам и другим расам находить работу. Да, мы делаем это без лицензий, потому что Совет отказывает в лицензиях. Но нет ни одного доказательства, что наша деятельность принесла кому-то вред. Наоборот, у нас есть десятки благодарностей от пациентов, работодателей и даже налоговой инспекции. А визит в Комитет был не сговором, а попыткой понять, почему нас хотят закрыть те, кто должен защищать равновесие.

— Вызывайте свидетелей, — решил судья.

Первой выступила тётя Паша. Старуха вышла к трибуне, опираясь на клюку, и начала говорить тихо, но внятно. Она рассказывала о том, как семьдесят лет назад эльфы из Совета фабриковали дела против гномов, как подкупали свидетелей, как прятали улики в специальном сейфе, к которому у неё до сих пор есть ключ.

— Вот, — она выложила на стол судьи связку ключей. — Можете проверить. В подвале Совета, комната 13.

Лориэль побледнела.

— Это ложь! Эта женщина была уволена за воровство!

— Я уволилась сама, — спокойно ответила тётя Паша. — И ничего не украла, кроме правды.

Судья Аристарх взял ключи, осмотрел, кивнул.

— Продолжайте.

Дальше были бабушка Зина со сковородкой (которую действительно пропустили, потому что она спрятала её под пальто, но судья сделал вид, что не заметил). Она рассказала, как демон Аза помог ей справиться с депрессией, и сковородка перестала дымиться.

— Вот, смотрите, — она вытащила сковородку. — Не дымит! Раньше дымила, а теперь нет. Это магия добра!

В зале засмеялись, но судья не улыбнулся.

— Следующий свидетель.

Артём, менеджер, говорил сбивчиво, но искренне. О том, как он боялся демонов, а потом понял, что они такие же люди (ну, почти). О том, как Аза спас его от панических атак.

— Я никогда не чувствовал угрозы. Наоборот, впервые за десять лет я почувствовал, что меня слышат.

Потом были гномы (целая делегация), потом пациентка с бессонницей (и её бес, который случайно выполз из-под трибуны, извинился и спрятался обратно).

Наконец Гавриил вызвал главного свидетеля — Эраста.

Эльф поднялся на трибуну. Его руки дрожали, но голос был твёрдым.

— Я член семьи Ветроцвет, — сказал он. — Мой отец — глава комитета по этике. Моя мать — главный инспектор. Я вырос в Совете. И я знаю, о чём говорю: они врут.