К сожалению, рассмотреть что-либо из-за клубящегося вокруг дыма было невозможно, и я решил сменить цель. Посмотрим, как им это понравится. Немного переместил руку и посмотрел на крепление, которое удерживало их пропеллер. Лопасти рассекали воздух, придавая дирижаблю ускорение. Я закрыл один глаз, тщательно прицелился и мягко нажал на курок.

Стремительный поток энергии, вырвавшийся из оружия, впился в пилон, и корабль застонал в ответ. Один из студентов-оружейников, видимо, оценил мою идею, потому что, раскрыв рот, наблюдал, как магические взрывы гуляют по корпусу вражеского корабля, прогрызая в нём дыру. Я выстрелил ещё раз, и второй взрыв разнёс в клочья опору винта.

Вражеский корабль дёрнулся, его равновесие нарушилось после того, как пропеллер и его крепление рухнули в лес и тут же взорвались.

Однако вражеские пушки активно разрушали защитный барьер Антонины, и «Венчур» начал получать повреждения. Корпус корабля дрожал, а из мест попаданий поднимался дым. В пылу сражения трудно было судить, насколько эти повреждения серьёзны.

— Но противник, похоже, тоже явно не рад, что их дирижабль лишился пропеллера, — подумал я, нацеливая Пандемониум в сторону очередного уязвимого места. На этот раз решил пальнуть в один из больших люков, открывающихся на землю.

Григ говорил, что через эти люки сбрасывают бомбы и прочее дерьмо, а я знал, что ещё через них запускают корабли поменьше. Посмотрим, можно ли сломать что-нибудь существенное. Свободной рукой распахнул цилиндр и выпустил всю свою злость в каморы.

Как только оружие было перезаряжено, захлопнул крышку и начал посылать адские пучки энергии прямо в люки. Чёрно-багровые снаряды разорвали деревянную обшивку, воспламенив борт.

Внутри открытого отсека что-то взорвалось, и сквозь образовавшуюся пробоину начали вываливаться куски небольших дирижаблей. Артиллеристы «Венчура» снова перевели прицел на то место, где я пробил корпус.

— Должно быть, сила удара Пандемониума способна проникать глубже, нежели пушки «Венчура». Они используют меня, чтобы расколоть корабль и повредить его изнутри, — подумал я и почувствовал, как на губах расплывается дикая улыбка. Вынув цилиндр, подождал, пока его энергия восполнится.

Пауза в атаках внезапно заставила осознать, насколько мало энергии у меня осталось. Я потратил много сил, испытывая оружие вместе с Антониной, а теперь принимал участие в воздушном сражении. Но то, что я был близок к обмороку, только раззадорило меня.

Чёрная аура, мерцавшая вокруг, начала сгущаться. Кровь в жилах запульсировала ещё быстрее, а уши наполнились звуками биения собственного сердца. Драконий рот Пандемониума, казалось, раскрылся ещё шире, а стволы пушек начали вращаться сами по себе. Из моей ауры прямо в каморы потянулись огненные линии, когда вставил цилиндр на место.